— Ты научишь меня?
Он долго смотрел на неё, продолжая чертить невидимые узоры на её коже. А потом едва заметно улыбнулся:
— Научу. Хотя, возможно, мы оба об этом пожалеем.
Звук открывающейся двери заставил их отпрянуть друг от друга. Виолетта почувствовала, как исчезает тепло от его прикосновений, а воздух снова становится обычным.
— Прошу прощения, — в кабинет заглянула Диана. — Но у нас проблема. Целители говорят, что с господином Савиным... сложности.
Максим мгновенно поднялся, и Виолетта заметила, как изменилось его лицо — словно маска скользнула на место.
— Продолжим завтра, — сказал он, уже направляясь к двери. — В восемь вечера. До начала твоей смены.
— Что мне нужно...
— Ничего, — он обернулся, и на мгновение его взгляд смягчился. — Просто прийти. И... Виолетта?
— Да?
— Больше никакого геройства. По крайней мере, пока не научишься контролировать силу.
Когда дверь за ним закрылась, Виолетта ещё долго сидела в кресле, глядя на серебристые искры, всё ещё танцующие на кончиках её пальцев. Что-то изменилось сегодня — не только в ней самой, но и в мире вокруг. Словно раньше она видела всё через мутное стекло, а теперь оно разбилось, открывая истинную картину реальности.
И эта реальность была полна магии, опасности и... чего-то ещё, чему она пока не могла дать название, но что заставляло её сердце биться чаще каждый раз, когда она думала о серебряных искрах в глазах Максима.
Глава 7: Точка невозврата
После инцидента с бывшим собирателем что-то изменилось. Виолетта чувствовала это каждый раз, когда переступала порог "Огненной тени". Словно клуб начал смотреть на неё иначе — внимательнее, настороженнее. Даже привычные тени в углах теперь двигались по-другому, будто следя за каждым её шагом.
В эту ночь она пришла раньше обычного. Что-то не давало ей покоя — непонятное предчувствие, от которого покалывало кончики пальцев. Кулон от Марины едва заметно нагрелся, когда она проходила мимо двери в закрытую часть клуба.
Виолетта остановилась. Обычно эта дверь была заперта, но сегодня из-под неё пробивалась тонкая полоска света — не обычного, электрического, а того странного, синеватого сияния, которое она уже видела раньше.
Она знала, что не должна туда идти. После случая с подслушанным разговором Максим ясно дал понять — некоторые части клуба для неё под запретом. Но свет манил, словно живой, и кулон становился всё теплее.
Виолетта осторожно приблизилась к двери. Оттуда доносились приглушённые голоса, и один из них определённо принадлежал Максиму:
— Цена остаётся прежней, — его тон был жёстким, деловым. — Артефакт слишком опасен для торга.
— Опасен? — второй голос звучал насмешливо. — Или слишком ценен? Я слышал, он связан с Первородными.
— Вы слышали слишком много, господин Вершинин.
Виолетта рискнула заглянуть в щель приоткрытой двери. Просторное помещение было освещено странными светильниками, испускающими то самое синее сияние. В центре комнаты стоял длинный стол, на котором что-то лежало, завёрнутое в тёмную ткань. Вокруг стола — Максим и высокий седой мужчина в дорогом костюме.
— Возможно, — Вершинин усмехнулся. — Как и о том, что у вас появилась... необычная танцовщица.
Максим едва заметно напрягся:
— Это не имеет отношения к делу.
— Неужели? — седой протянул руку к свёртку на столе. — Говорят, защитные узоры реагируют на неё весьма своеобразно. Как на чистокровного носителя.
В этот момент что-то изменилось. Воздух в комнате словно сгустился, наполнился электричеством. Виолетта увидела, как перстень Максима начал светиться.