— Человека с тёмным перстнем. Он собирает армию, — Диана поёжилась. — И печати, подобные этой, — она кивнула на медальон, — появляются по всему городу. Старые связи оживают. Древние клятвы пробуждаются.
— Он готовится к чему-то, — Максим нахмурился. — Что-то грядёт...
— Равноденствие, — внезапно произнесла Виолетта. Все повернулись к ней. — Алиса говорила... в её снах всегда осень. И полная луна.
— Осеннее равноденствие, — выдохнула Диана. — Конечно. Идеальное время для древних ритуалов. Особенно тех, что связаны с изменением сути магии.
— Сколько у нас времени? — Александр уже доставал свой планировщик.
— Меньше месяца, — Максим отпустил руку Виолетты, и она почувствовала укол потери. — Нужно готовиться. Укрепить защиту, связаться с союзниками...
— И продолжить моё обучение, — твёрдо сказала Виолетта.
Он наконец посмотрел на неё — впервые после поцелуя. В его глазах всё ещё тлели серебристые искры.
— Это слишком опасно. После того, что случилось сегодня...
— Именно поэтому, — она расправила плечи. — Ты видел, на что способна наша объединённая сила. Мы могли бы...
— Нет! — его голос прозвучал резче, чем он, видимо, намеревался. Через связь плеснуло страхом — не за себя, за неё. — Это... это должно прекратиться.
Повисла тяжёлая тишина. Диана и Александр переглянулись, явно чувствуя напряжение между ними.
— Пойду проверю внешний периметр, — пробормотал Александр, поспешно покидая зал.
— А мне нужно связаться с поставщиками защитных амулетов, — Диана последовала за ним.
Они остались одни. Солнце уже поднималось над горизонтом, окрашивая разгромленный зал в оттенки золота и розового. В воздухе всё ещё витал запах озона и остаточной магии.
— Ты не можешь этого сделать, — тихо произнесла Виолетта.
— Что?
— Отстраниться. Заблокировать связь, — она шагнула ближе. — Это часть нас. То, что случилось сегодня...
— Было ошибкой, — его голос звучал глухо. — Я не должен был позволить...
— Позволить чему? — она почувствовала, как внутри поднимается гнев. — Нашим чувствам? Тому, что естественно?
— Естественно? — он резко развернулся к ней. — Ты хоть понимаешь, что произошло? Твоя сила... то, что ты сделала с огнём Первородных... Это изменит всё. Теперь он будет охотиться за тобой ещё яростнее. А если добавить к этому...
Он осёкся, но было поздно. Через их связь хлынул поток образов и эмоций — его страх потерять её, чувство вины за то, что втянул в это, отчаянное желание защитить. И глубже, скрытое под всем этим — любовь, такая сильная, что она почти причиняла боль.
— Максим, — она шагнула ещё ближе, и их силы потянулись друг к другу, несмотря на все его попытки удержать дистанцию. — Ты не можешь защитить меня, отталкивая. Только делаешь нас обоих слабее.
— Я не могу... — он закрыл глаза, и по его лицу пробежала тень боли. — Не могу потерять ещё кого-то. Не тебя.
Виолетта коснулась его щеки, и серебристые искры заплясали между ними:
— Тогда не отпускай.
Их губы встретились снова — мягче, чем в первый раз, но не менее отчаянно. Их магия сплелась в единый поток света, и на краткий миг весь мир исчез, оставляя только это — их связь, их чувства, их единение.
А потом откуда-то сверху раздался тихий смешок.
Они отпрянули друг от друга. В дверях стояла Алиса, поддерживаемая Верховной Целительницей. Её глаза светились серебром, совсем как у Виолетты.
— Наконец-то, — произнесла она с улыбкой. — А я уже думала, вы никогда не признаетесь.
Виолетта почувствовала, как краска приливает к щекам: