— Я помогу, — она встала по другую сторону кровати. — Моя связь с тобой может послужить якорем. Не даст тебе потеряться во тьме.
Виолетта почувствовала, как у неё защипало глаза: — После всего, через что я заставила тебя пройти...
— Ты моя сестра, — Алиса взяла её за свободную руку. — И всё, что ты делала, было ради меня. Теперь мой черёд помочь тебе.
Марина начала чертить на полу сложный узор из светящихся линий: — Это древний ритуал погружения. Я использовала его... когда пыталась вернуть себе человеческую сущность. Тогда не получилось, потому что я действовала из эгоизма. Но любовь... — она подняла взгляд на Виолетту. — Она может стать тем светом, что развеет тьму.
Верховная Целительница внимательно изучила символы: — Это очень древняя магия. Ты уверена, что готова пройти через это?
Виолетта посмотрела на Максима. Даже без сознания, он продолжал бороться — она чувствовала это через их связь. Его сила пыталась сдержать наступление тьмы, не давая ей добраться до сердца.
— Более чем, — она сжала руки сестры и любимого. — Что нужно делать?
— Сосредоточься на вашей связи, — Марина заняла место в узоре. — Позволь ей стать мостом. Я направлю твоё сознание, а Алиса удержит от падения в бездну. Остальное... придётся делать самой.
Виолетта закрыла глаза, позволяя их с Максимом связи раскрыться полностью. Серебристое сияние вокруг кровати стало ярче, когда три потока силы — её любовь, магия Алисы и древнее знание Марины — сплелись в единое целое.
А потом начался спуск во тьму.
Погружение было похоже на падение в бесконечную бездну. Виолетта чувствовала, как реальность растворяется вокруг неё, оставляя только пульсацию их связи — тонкую серебристую нить, ведущую вглубь тьмы.
Первыми пришли образы — обрывочные, размытые, наполненные болью. Последняя битва глазами Максима: вспышка тёмной магии, решение закрыть собой остальных, обжигающая агония удара. Но даже сквозь эту боль она чувствовала его любовь — непоколебимую готовность пожертвовать всем ради неё.
"Я здесь," — позвала она через их связь. — "Держись за меня."
Тьма вокруг колыхнулась, словно живая. Она пыталась заглушить голос Виолетты, поглотить серебристое сияние их любви. Но где-то вдалеке звучал голос Алисы — якорь, не дающий потеряться в бездне.
— Осторожно, — донёсся до неё шёпот Марины. — Тьма чувствует твоё присутствие. Она будет сопротивляться...
Новая волна образов накрыла Виолетту: ночь гибели его родителей, годы одиночества, момент их первой встречи — когда он увидел её танец и почувствовал отклик родственной души. Все его страхи, надежды, сомнения... И через всё это — бесконечная, всепоглощающая любовь.
"Прости меня," — его мысленный голос был едва слышен. — "За то, что скрывал правду. За то, что не доверился раньше..."
"Тише," — она потянулась к нему всем своим существом, направляя поток исцеляющей силы. — "Теперь это не важно. Важно только то, что я люблю тебя. И не позволю тьме забрать тебя."
Их связь вспыхнула ярче, отзываясь на признание. Серебристое сияние начало расширяться, вытесняя тьму. Но та не собиралась сдаваться без боя.
Виолетта почувствовала, как что-то тянет её глубже, пытается заставить разорвать контакт с реальностью. Голос Алисы становился всё тише...
— Держи её! — крик Марины пробился сквозь туман. — Она слишком глубоко погружается!
— Я пытаюсь! — в голосе Алисы звучало напряжение. — Но тьма... она слишком сильна...
В этот момент что-то изменилось. Там, в глубине сознания Максима, среди образов боли и отчаяния, начал разгораться новый свет. Не серебристый, как их связь, а золотой — тёплый, живой, похожий на солнце.
"Мама?.." — его удивление эхом отразилось в их связи.
Призрачный силуэт Елизаветы Волковой соткался из света, её улыбка была полна любви и гордости: "Ты нашёл свой путь, сынок. Нашёл свою половину души. Теперь просто позволь свету войти..."
Она подняла руки, и золотое сияние хлынуло потоком, сплетаясь с серебристым светом их любви. Тьма отступала, не в силах противостоять объединённой силе двух самых чистых чувств — материнской любви и любви родственных душ.
Виолетта почувствовала, как её тянет назад, в реальность. Последнее, что она увидела перед возвращением — как тьма в ране Максима начинает таять, превращаясь в искры света.
Возвращение в собственное тело было похоже на удар. Виолетта судорожно вздохнула, открывая глаза. Она всё ещё сидела у постели Максима, сжимая его руку. Алиса поддерживала её, не давая упасть. А Марина...