— Надо же, как тебе повезло... Ой, прямо дрожь пробирает, как представлю себе... Убить эту сучку мало! Варька, бедная моя... — Он обнял ее, погладил по голове, поцеловал в макушку.
— Ну, я вижу ты в надежных руках. Все, я помчалась! — Катя чмокнула Диму в щеку, потрепала по плечу Варю. — Держись, подруга!
Вечером Варя играла спектакль. Играла лучше, чем когда бы то ни было.
— Молодчина! Настоящая артистка! — сказал ей Дима.
— Блин? — грустно улыбнулась Варя.
— Блин! Блин! Через полчасика поедем ужинать! Я тебя одну не оставлю, не бойся!
— Ты настоящий друг!
Варя скрылась в своей гримуборной, которую делила с актрисой, игравшей миссис Пирс, Елизаветой Викторовной Шитовой.
— Ты сегодня была хороша, — встретила ее Елизавета Викторовна. — Второй план появился, здорово!
— Спасибо вам! — растрогалась Варя, и у нее потекли слезы.
— Варь, ты чего?
В дверь постучали.
— Войдите! — крикнула Шитова. — Наверняка к тебе поклонник с цветами.
В дверях стоял Иван Константинович Пирогов с букетом роскошных красных роз.
— О! Что я говорила! — воскликнула Шитова. — Красная роза — эмблема любви! Я убегаю, пока!
— Варя, я смотрел спектакль! Вы были... У меня нет слов... особенно учитывая... то, что вам сегодня пришлось пережить... Примите мои поздравления, мой восторг... Варя, я самый большой болван во вселенной, из трех женщин вашей семьи выбрал самую... недостойную, разрушил все... причинил невероятную боль вашей матери... Но теперь я получил по заслугам... Варя, я сейчас скажу вам одну вещь, только дайте мне договорить, не перебивая... Я... когда впервые увидел вас, я понял... словом, я полюбил вас так, как никого и никогда, нет, молчите ради бога! Да... полюбил, сразу, но сам себе сказал — ты не имеешь права, ты недостоин этой женщины. И... я принял эту ситуацию, как данность — я недостоин вас, но люблю... люблю смиренно, издали... и мне было хорошо... с такой любовью к вам... А Марьяна со своим звериным чутьем все поняла... Но то, что я узнал сегодня... Я просто не мог не сказать вам все это! Варя, я ни на что не претендую, только позвольте мне служить вам... Ох, простите идиота, я был так восхищен и взволнован вашей игрой, что забыл о главном — Шевелев забрал свое заявление!
— Господи, Иван Константинович, спасибо вам огромное! — закричала Варя и на радостях обняла Пирогова. — Я так вам благодарна!
В дверях появился Дима.
— Что тут происходит? — насторожился он.
Пирогов смущенно высвободился из Вариных объятий.
— Я сообщил Варваре Леонидовне, что этот пакостный Шевелев забрал заявление.
— А! Это здорово! Добрый вечер! Варюшка, ты готова?
— Что ж, я все сказал, Варя. Мне пора...
— Но как вам удалось так быстро все уладить? — полюбопытствовал Дима.
— Я сделал ему предложение, от которого он ну никак не смог отказаться... — усмехнулся Пирогов. — И сразу позвонил Илье, так что семья уже в курсе. Варя, если что, я всегда к вашим услугам! Дмитрий Александрович, вы, как всегда, сегодня были неподражаемы! Всего хорошего!
Пирогов ушел.
— Варь, а ведь он в тебя влюблен...
— Ну и что?
— Он хороший мужик...
— Ты что, меня с ним сватаешь?
— Дура! — рассердился вдруг Дима. — Я просто констатирую факт!
— А! Дим, как ты думаешь, если Стас узнает, что ему помог Пирогов...
— Слушай, если ты можешь думать и говорить только о Стасе, то катись ко всем чертям! Я устал быть мокрой жилеткой для тебя! Дура набитая!
— Почему мокрой? — удивилась Варя, ничуть, впрочем, не удивившись всплеску злости.
— От твоих горючих слез, чертова кукла! Вали к своему Стасу, утирай ему пьяные сопли, а мне все это надоело хуже смерти! Нашла себе утешителя! Хватит с меня! — уже в голос орал Дима.
— Димочка, не кричи! — каким-то задушенным голосом взмолилась Варя из-за ширмы. — Только не уходи, не бросай меня одну!
— Тебя бросишь, как же! — проворчал он.
Варя вышла из-за ширмы и вдруг как подкошенная рухнула на пол. Дима не успел ее подхватить.
— Варька, что с тобой?
Она была без сознания.
Когда приехала «скорая», врач, средних лет замученная женщина, спросила:
— Сильные стрессы были?
— Да, ночью был сильнейший стресс. Скажите, доктор, это опасно?
Женщина глянула на Диму и расплылась в улыбке.
— Надо же, вы в жизни еще красивее, чем на экране... Будет жить ваша девушка. У нее, похоже, нервное переутомление, возможно, вегето-сосудистая дистония, этим многие артистки страдают, но, по-хорошему, надо бы в больницу, обследоваться...
— А без больницы никак? Она все равно сбежит, у нее завтра спектакль, а потом самолет в Рим...
— А вот наша больная и очнулась... Как вы себя чувствуете?
— Ничего, спасибо, нормально... — едва слышно прошелестела Варя.
— Вам бы следовало в больницу лечь, а то доиграетесь...
— Нет, что вы, мне же завтра...
— Ну хоть до завтрашнего вечера полежать в покое сможете?
— Да, конечно, обязательно! Вы мне какие-нибудь таблеточки выпишите, я все буду аккуратно принимать.
— Ну что с вами делать! Только подпишите отказ от госпитализации.
— Конечно, давайте, подпишу! Мне уже гораздо лучше, спасибо, доктор!
— Только вас нельзя сейчас оставлять одну. За вами есть кому присмотреть?
— Есть! — твердо ответил Дима. — Я отвезу тебя домой и останусь сколько нужно. Встать сможешь?
— Нет, Дима, я сама. Ты же кричал, что я чертова кукла, что надоела тебе хуже смерти.
— Мало ли что я кричал в запале...
Он помог ей встать, но тут откуда ни возьмись опять возник Пирогов.
— Что случилось? Мне сообщили, что Варе плохо. Врач был? Вы упали в обморок? Что сказал врач?
— Не беспокойтесь, Иван Константинович! — с едва заметной иронией произнес Дима. — Врач ничего страшного не сказал. Это просто реакция на криминальные замашки вашей супруги. Пройдет.
Пирогов побелел.
— Я предлагаю, — проглотив ком в горле, начал он, — сейчас же поехать в одно место... там замечательные специалисты по реабилитации, причем по быстрой реабилитации... все совершенно анонимно... И вам, Дмитрий Александрович, не мешало бы немного расслабиться... Друзья мои, поверьте, это наилучший выход. Там превосходно кормят, и вообще...
— Да нет, пожалуй, не стоит... — с сомнением проговорил Дима.
— Да вы гляньте, Варя совсем неживая! Всё, никакие возражения не принимаются! — вдруг совсем другим, не допускающим сопротивления тоном заявил Пирогов.
Дима и сам не мог понять, почему он вдруг подчинился...
На следующий день после обеда Варю с Димой, действительно отдохнувших и посвежевших, отвезли в Москву. По дороге Дима недоумевал:
— Черт побери, с чего это я вдруг согласился? Хотя, должен признать, чувствую себя помолодевшим. А ты?
— Что?
— Ты где витаешь, красавица? — добродушно усмехнулся Дима. — Что-то я раньше не замечал, что задумчивость — твоя подруга.
Варя улыбнулась в ответ и промолчала. Ей сейчас было над чем задуматься.
— Марина, успокойся, все в порядке, обвинение со Стаса снято, Шевелев отозвал заявление! — сообщил по телефону бывшей жене Илья Геннадьевич.
— Правда? Какое счастье! Это Фридман его уломал?
— Ну, вообще-то это заслуга Вари, она кинулась в ножки Пирогову, а тот вместе с Фридманом довершил дело.
— Пирогов? Илюша, ради бога, не говори Стасу про Пирогова! Заклинаю тебя! И про Варежку тоже!
— Да что за чепуха! Я уже ему сказал!
— О господи!
— Да в чем дело? Кстати, ты в курсе, почему они с Варей расстались? Такая хорошая девочка...
— Илюша, в том-то и дело... У Стаса навязчивая идея, что Варежка ему изменяет с Пироговым. У него это пунктик. А я так мечтала, что они опять сойдутся. Она такая порядочная, по нашим временам это редкость. Ну, а как там Сташек? Можно позвать его к телефону?