Эх, был бы скотч! Замотать бы им наруч на время боя, и дело с концом. Парни порой делали так на турнирах, когда другого выхода не было… Там, на земле, на реконских турнирах. Да, не антуражно, зато руки потом целы. Конечно, в нормальных-то, цивилизованных турнирах и оружие специально затупленное, и безопасность важнее победы. А тут… Даже не средневековье, блин, а какая-то дикость. Люди выходят на бой с голыми руками и ногами, с открытым лицом, насмерть убиваются, а всем наплевать!.. Так. А что у меня в сапоге так хлюпает? Не могла же нога настолько вспотеть?
- Ты, хозяин, снял бы сапог. Похоже, нога ранена. Вон, кровь сочится.
Тяжело вздохнув, Жан стянул левый сапог с ноги и тут же почувствовал боль от пореза. Тупо уставился на покрасневшую штанину и носок, пропитанный кровью.
Ги, тем временем, вылил из сапога на траву изрядную лужицу крови, снял носок, закатал штанину и внимательно осмотрел рану. Порез был небольшим. Гораздо меньше, чем снаружи на сапоге. Но всё-таки он был. И из него текла кровь. А ещё в порез могла попасть грязь. Конечно, надо было всё это обеззаразить и забинтовать.
- Смочи чистую тряпицу в винном духе, - скомандовал Жан. - Он же есть ещё в том бурдюке? Просто сильно смочи, и протри этим рану. А потом чистой тряпкой замотаешь.
- А винным духом можно так протирать? - усомнился Ги.
- Нужно, - отрезал Жан. - Многие вином промывают рану именно из-за того, что в нём винный дух… Ну, они не знают, что из-за этого, но на самом деле из-за этого. Винный дух убивает заразу, не дает ране загнить.
- Бегом за тем бурдюком, - скомандовал Лаэру Ги. - И чистый хозяйский носок прихвати.
Лаэр, протолкавшись сквозь толпу зрителей, побежал к шатру.
- А вот что с наручем теперь делать, я так и не придумал.
- Что тут думать? - пожал плечами Ги. - У меня на подобный случаи всегда с собой есть верёвка. Сейчас найду, - он порылся в своей дорожной котомке, и достал из неё моток верёвки в мизинец толщиной. - Завяжем верёвкой то место, где разрублен ремень, и готово. А уж потом, когда будет время, починим… Ты рану-то пальцами зажимай, чтобы кровь поскорее свернулась.
***
После того, как рана была обеззаражена самогонкой и забинтована, Жан надел сапог и обратил, наконец, внимание на то, что творилось на ристалище. Судя по рёву публики, творилось там необычное.
Двухметрового роста верзила в длиннорукавной кольчуге до колен и в сферическом шлеме без наносника вышел пешим драться против конного.
- Если всадник этого кабана сейчас завалит, клянусь, я поставлю Трису толстенную свечку, - в пол-голоса прошептал Ги.
- Что это за воин?
- Ульбер дэ Лудон. Наемник из Лотарда. Рыцарь из дружины Бруно Альдонскго, - отрапортовал Ги, не отрывая взгляда от поединка… - Ну, поддень его на копьё, родной. Ведь ты даже знаешь кедонский хват. Давай, приколи его с двух рук…
Всадник кружил вокруг пешего воина, держа копье двумя руками, и управляя лошадью при помощи одних только ног. Это явно был отличный наездник. Ульбер метнул в него своё копьё, но конь и всадник резко отскочили в сторону, и копьё пролетело мимо. Ульбер, зарычав по-звериному, выхватил меч и двинулся на противника. Тот, ударив пятками в бока, погнал коня навстречу врагу.
Треск удара. Копьё вонзилось в огромный кулачный щит верзилы и пробило его насквозь. Руку Ульбера вместе со щитом мотнуло в сторону, но лотардец щита не выпустил. Всадник, чуть не вылетевший после этого столкновения из седла, выпустил копьё из рук и проскакал мимо противника.
Ульбер одним махом меча «под корень» срубил древко. Наконечник копья так и остался торчать, застряв поперёк щита. Всадник уже снова мчался к Ульберу, выхватив меч. Будь конь покрупнее, или будь Ульбер обычного роста и веса, исход поединка был бы уже предрешен. Однако, верзила, кажется, совсем не боялся что конный рыцарь собьёт его с ног. Конник один раз пронёсся мимо него, пытаясь зацепить мечом, но не доставая. Другой раз он направил коня прямо на Ульбера. Лотардский рыцарь с рёвом побежал навстречу всаднику. Конь в испуге замедлил бег, поднялся на дыбы и забил копытами в воздухе. Но едва он снова опустил копыта на землю, как Ульбер рубанул коня мечом по шее. Публика хором охнула. Голова коня от удара отвалилась в сторону, держась лишь на лоскуте кожи. Из разрубленной шеи хлестнула кровь. Одновременно с этим и всадник с силой обрушил на Ульбера свой меч, но верзила лишь прикрыл голову щитом и, кажется, не пострадал.