- То есть авторитет величайших учёных мира для тебя ничего не значит? - возмущённо всплеснул руками подмастерье с церой.
Старший подмастерье покачал головой и дополнил:
- Гаспариус, опровергая измышления Геврасия, написал, что если бы мир имел форму шара, то все моря стекли бы с него вниз. Вода ведь течёт сверху вниз.
- Все люди и звери, живущие на нижней стороне, тоже упали бы с шара. - подхватил широколицый подмастерье.
- Вот это уже аргумент, - кивнул Жан. - Но это ещё не доказательство. Откуда нам знать, где «верх», а где «низ» за пределами нашей Земли? Мы же не видели её целиком, снаружи? Что если все предметы, люди, звери, вода, притягиваются чем-то, расположенным в центре Земного шара? Тогда и вода с него не стечёт, и для людей он будет обитаем также, как если бы был плоским.
- Ну, это уже демагогия, - возмущённо всплеснул руками старший подмастерье. - Виднейшие учёные мира утверждают, что мир плоский, а ты выдумываешь какие-то безумные теории, только чтобы с ними поспорить!
- Но как доказать, что он плоский? Как это проверить? Вдруг все ваши авторитеты ошибаются?
- Эль видел этот мир снаружи. Ведь он его создал. И Трис видел. Ведь он вознёсся к Элю на небо на огненном столбе! Или ты и в этом авторитете сомневаешься? - недобро прищурился широколицый подмастерье.
«Ну вот. Приехали. Как же быстро даже тут, среди химистов, в ход пошли аргументы религиозного плана, которые, по сути, являются плохо завуалированной угрозой расправы!»
- В словах Триса я не сомневаюсь. Но, кажется, он сказал, что «Эль создал мир пригодным для жизни». Про то, что этот мир плоский, он, вроде, не говорил? - уточнил Жан.
- Но это же само собой разумеется! - всплеснул руками старший подмастерье.
- А если залезть на Ардос — самую высокую в мире гору? - предложил бледнолицый подмастерье. - Оттуда, наверняка, будет видно, плоская ли Земля, или она всё же изгибается, как поверхность шара? Если ты сомневаешься, что Земля плоская — заберись на Ардос, и лично проверь.
Все подмастерья, услышав это, дружно рассмеялись.
- Первое дельное предложение за всё это время, - пробормотал Жан. - Есть ли другие варианты, как мне это проверить?
- Добраться до края мира и пощупать его руками, - давясь от хохота заявил рыжий мальчишка.
- На первый взгляд хорошая мысль, - кивнул Жан. - Но если мир имеет форму шара, то я, двигаясь по его поверхности, никогда не доберусь до края. Конечно, если бы кто-то добрался до края мира - это было бы прекрасным доказательством, что мир плоский и у него есть такой край. Может быть кто-то добирался этого края? Видел его, описал? Есть о чём-то подобном упоминания в трудах ваших великих учёных?
Смех прекратился. Кто-то пытался вспомнить, а кто-то, наверное, просто ждал, чем же закончится этот странный диспут.
- Есть старая меданская легенда о том, что Кателор Аморянин сделал себе крылья как у птицы, спрыгнул с высокой скалы и, подхваченный ветром, взлетел на них до самого неба, - вспомнил синеглазый подмастерье с бледным лицом.
- Что же он увидел? - заинтересованно спросил Жан. - Увидел он, на что похожа Земля сверху? На лепёшку? На тыкву?
- Про это там не сказано. К тому же, это просто легенда. Древняя сказка. Аллегория, а не что-то практическое… - Бледный синеглазый парень мечтательно улыбнулся: - Вот если бы и правда удалось сделать крылья, лёгкие, как у птиц, и при этом достаточно большие, чтобы поднять человека в небо… Тогда можно было бы взлететь и своими глазами увидеть край земли. Или увидеть, что горизонт по краям загибается, словно Земля - большой шар. Или увидеть ещё что-то, о чём мы сейчас и подумать не можем.
- Ну, хватит пустой болтовни. Пора за работу! - прервал их старший подмастерье. - Всё. Я сделал, что ты просил. Теперь уходи. Не отвлекай нас больше, - обратился он к Жану.
- Ещё один вопрос, - Жан обернулся к синеглазому парню: - Как твоё имя?
- Рикард.
- Давно ты тут в подмастерьях?
- Седьмой год. А что?
- Пока ничего, но… Надеюсь, мы ещё увидимся.
Глава 16. Небольшой военный отряд
- Порой я совсем не понимаю тебя, господин, - ворчал Хельд, пока они пробирались по грязным и кривым улочкам южной окраины Эймса к меданскому ристалищу, возвышавшемуся вдали, над соломенными крышами глинобитных бедняцких хибар.
- И чего же ты не понял? - усмехнулся Жан.
- Да ничего не понял. К чему ты вёл с этими парнями такие странные и опасные речи?.. Да, опасные. За такие разговоры побить могут, а то и что похуже, если какой-нибудь церковник услышит. В трактире, пожалуй, такие байки будут слушать, удивляться, и даже пива разок задаром нальют. Но тут… Мне кажется, своим разговором ты их… как это… Да они распалились так, словно ты не просто взялся небылицы выдумывать, а что-то кощунственное об их вере сказал. Будь ты один и без меча, думаю, они бы на тебя с кулаками набросились… И к чему это всё было? Заморочил их, разозлил, а потом? Я-то думал, ты эдак, по-хитрому, хочешь им что-то продать. Или что-то у них выманить подешевле… А мы просто ушли.