Отпустила руку Жени и покатилась самостоятельно, время от времени поворачиваясь и проверяя, смотрит ли на нее он. А он смотрел и ощущал себя самым счастливым в этот момент. Настоящая. Красивая. Веселая. Он готов делать все, чтобы она всегда была с ним такой. Мира развернулась и покатилась обратно к Жене, но не рассчитала и сбила его с ног, завалившись на него сверху.
— Ой, прости… Я случайно, — виновато посмотрела на мужчину, улыбавшегося ей. — Ты чего улыбаешься?
— Да так, красивая ты просто, — ласково коснулся пальцами щеки Григорьевой. — Глаза у тебя невероятные. В таких хочется утонуть и больше никогда не всплывать.
Смутившись, Мирослава отвела взгляд в сторону и стала выпутываться из рук Жени, крепко прижавшего ее к себе. Встав, отряхнулась и сделала вид, что никакой неловкости не испытала от столь близкого нахождения рядом с Женей.
— Прости, я не должен был тебе все это говорить, — заметив ее реакцию, решил извиниться.
— Мне приятно, спасибо, но, да, лучше не стоит. Я скоро выйду замуж за твоего брата, это он мне должен говорить такие вещи. Ты мой друг, даже больше старший брат, я люблю тебя именно так. — присела на скамейку, начав снимать ролики. — А Ярослава я люблю по-настоящему, однако почему-то он мне таких вещей не говорит. Жень, скажи мне, ну, как брат его, он вообще любит меня?
Он пропустил мимо ушей ее замечание о любви к Ярославу и о том, что для неё он как старший брат. Фигушки ей, а не старший брат. Ничего он не хочет такого слышать. Он ещё услышит ее «да» на их свадебной церемонии, на их, а не на ее с Яриком.
Застёжка на одном из роликовых коньков никак не поддавалась, и Женя, опустившись на корточки, помог девушке расстегнуть ее и снять ролик. После чего взял кроссовок и аккуратно одел на ногу девушке, крепко завязав. Мирослава удивленно выгнула брови дугой. Откуда столько заботы?
— Ярик… Даже и не знаю, что тебе сказать, мелкая, — сел рядом, потрепав девушку по голове. — Мне сложно судить. Я никогда не видел, чтобы он кого-то любил. Если исходить из своих ощущений, я бы сказал, что тебя он не любит. Любят, в моем понимании, иначе. Не так, как делает это он. Но у всех проявление любви разное. Возможно, то, что выдает он к тебе, — его максимум, и иначе ему никак.
— А как, по-твоему, любят?
Ей был интересен ответ на этот вопрос. Она хотела знать, а совпадает ли ее понимание любви хоть с кем-то. Есть ли в этом мире тот, кто так же, как и она, верит в искренность чувств и романтику? Женя верил.
— Заботятся друг о друге. Помогают, умеют слышать и слушать, а еще не только говорят, но и делают. Устраивают сюрпризы, свидания, романтику. Смотрят на свою половинку и видят в ней весь мир, — Колесников невольно засмотрелся на Григорьеву. — Знаешь, вот сидит она рядом, красивая такая, смотрит на тебя большими глазами, хлопает ресницами. Вроде, обычная, как и все предыдущие. А нет… Особенная. И тебе хочется ее оберегать, делать для нее все, лишь бы видеть эту улыбку счастья и блеск в любимых глазах.
Мирослава не заметила, как Женя на нее смотрел. Буквально пожирал взглядом. Любовался ей. И говорил о ней. Она просто слушала с раскрытым ртом и думала, а почему он все еще свободен, раз такой невероятный?
— Ты прости, что я сейчас это скажу, но, Жень, а почему у тебя до сих пор нет девушки? Если бы я такое услышала от парня, я бы бросила все и бежала к нему, потому что такого нельзя упустить. Он же на руках носить будет, — взяла его за руку. — Тебе нужна самая лучшая девушка, потому что ты заслуживаешь именно такую.
— Я влюблен в одну, в самую лучшую, — попытался намекнуть Мирославе, но она не поняла. — Но мы пока на стадии дружбы. Надеюсь, когда-нибудь я услышу из ее прекрасных губ то, как сильно она меня любит.
— Я искренне тебе этого желаю, — обняла парня, запустив пятерню в его волосы. — Мне ужасно нравятся твои кудряшки. Они такие прикольные, я бы весь день с ними баловалась, если бы была твоей девушкой.
— Балуйся сколько влезет сейчас, — откинулся на спинку скамьи, прикрыв глаза, пока Мирослава игралась с кудрями, что-то пытаясь заплести. — Хочешь сегодня у меня переночевать? Ты говорила, что у тебя отец только завтра прилетит. А я бы тебя с утра в универ отвез.
Он не надеялся, что она согласится. Просто предложил. Слишком не хотелось с ней расставаться. Но она его удивила.
— А ты дашь мне какую-нибудь свою футболку?
— Весь мой гардероб дам, если захочешь, — усмехнулся Колесников. — Согласна?
Она тут же согласилась. Надеялась, что ей обязательно напишет Ярослав, а она скажет ему, что с другим мужчиной. Он приревнует и перестанет себя вести так ужасно.