- Почему? – удивилась Ольга.
- Могу только предположить, что она очень влиятельная в городе. Или хорошо знает Игнатьеву и Артёма. А, может, даже родственница, кого-то из них.
Ольга задумчиво села в машину. Искать женщину, которая изменила мужу, это всё равно, что иголку в стоге сена. Это утопия, ездить по адресам, и расспрашивать женщин, с которыми знакома Игнатьева. Не одна из них, не сознается в измене мужу, а тем более постороннему человеку.
- Колесников, ты совершил ошибку.
- Какую?
- Ты сказал Артёму, что Игнатьева жива.
- Я умышленно это сделал. Нужно предупредить врачей, о возможном его посещении. Я предполагаю, что любовник, к которому она водила богатых дам, был он. Если, он побежит в больницу, то, только для того, чтоб просить её, не выдавать его.
- Нужно позвонить отцу, чтоб у её палаты поставили охрану.
- Эта стерва, не заслуживает того, чтоб её охраняли.
- Кто тебе Колесников дал право, заниматься самосудом? Наша задача найти преступника, а судить, будет судья.
- Судья Ольга Владимировна, тоже человек, и судит порой, от настроения, а не от статьи закона. Я испытал это на собственной шкуре, можешь, поверить. Мы были в одном звании, а драка была на бытовой почве. Он остался майором, а меня понизили в звании. Где тут справедливость?
- Насколько я помню, ты выбил ему зубы. Это легкое или среднее телесное повреждение.
- Да, но он тоже не стоял с опущенными руками. Просто, я был более удачливый. Потом, зачинщиком драки был он, а не я. Думаю, достаточно папиного звонка судье, и приговор вынесен. Кстати, вот ещё один наглядный пример, правосудия. Однажды мы делали «зачистку» селения на Кавказе. Игорь зашел во двор, и получил нож в спину. Он повернулся, и дал очередь. Там оказался девятилетний мальчик. Игоря подлечили, и осудили.
- Его посадили?
- Да. По мнению судьи, он превысил степень самообороны. Его осудили, что он убивал мирное население. Судья сказал, что прежде, чем стрелять, ему нужно было поговорить с мальчиком. Какой бред! С ножом в спине, он должен беседовать с мальчиком. Когда ножом отрезают голову нашему солдату, это нормально. А, когда наш солдат убивает боевика, а это гражданское население, его отдают под суд. Так что, не надо мне говорить о правосудии Ольга Владимировна.
- Ладно, не буду – согласная кивнула она. – Но наша задача найти преступника, и передать его в руки правосудия. А не устраивать самосуд.
- Преступница лежит на больничной койке Ольга Владимировна.
- То, что рассказал Артём, это ещё не доказательство. Не она же себя ударила по голове, и воткнула нож в живот.
- Ты, как тот рыбак, рыбу не ем, но мне нравится процесс.
- Коль ты заговорил о рыбалке, хотелось бы знать. Ты рыбак или охотник?
- Я охотник. Есть просто собаки, а есть бешенные. Так, вот. Я охочусь за бешенными, и исключительно двуногими.
- Жаль. Был бы ты рыбак или охотник, то скорее нашел бы с моим отцом общий язык. Не знаю, много ли рыбы он поймал, но страсть как любит, посидеть с удочкой.
- А я, страсть как люблю посидеть за столом в компании.
- Что-то не похоже – усомнилась она. – Вот черт! – ударила она себя в лоб. – Мы забыли записать показания Артёма.
- Обижаешь командир.
- Ты не понял, нужно было составить протокол допроса.
- Это каменный век, записывать показания на бумагу. – Он достал сотовый, и показал ей. – Весь допрос я снял на мобильный. Полицейские во многих странах, такое практикуют.
- Дело передается прокуратуре, и они выступают в суде. Что, они твой мобильник будут показывать в суде, вместо протокола.
- Понял. До нас цивилизация ещё не дошла. Возвращаемся?
- Нет, это уже бесполезно. А, вообще, куда мы едим?
- Ищем женщину. Кстати, ты ещё не передумала за меня замуж выходить?
- Нет. А, почему ты спрашиваешь?
- Сегодня я тебя поцеловал, а ты была в шоке. Явно не ожидала, что я пойду навстречу твоим чувствам. Я думаю, что тебя вполне устраивает, держать меня на расстоянии, и в тоже время удерживать любовью. Точнее, разговорами о любви.
- Ты хочешь сказать, что я играю в любовь?
- Да, именно это я сказал. Если говорить откровенно, то я к этому отношусь спокойно. Все описанные тобой благо семейной жизни, не для меня. Я Волк одиночка. Хотя мне нравятся женщины, и я время от времени, влюбляюсь. Но это не значит, что я хочу создать семью. В наше время женщины добились равноправия, но все равно остаются товаром. Раньше сваты говорили: «Ваш товар, наш купец». Изначально женщина была товаром. Мало того, за неё давали приданое, чтоб, хоть кто-то её купил. Что делают в Азии. За двадцать баранов, можно купить хорошую жену. А, если не понравилась, то подарить её брату. В пустыне, есть племена, где воруют жен. Если поймают, то нужно платить. Все равно, как угнать автомобиль. Вот, ты упоминала о Троянской войне из-за женщины. Всё правильно, один у другого украл. Женщина это, или кусок золота, не важно. Украл, значит, верни. Не хочешь возвращать, тогда заплати. Он не стал возвращать, и не захотел заплатить или выкупить. Значит, вора нужно наказать физически, чтоб другим неповадно было. Ответь мне на один вопрос. Почему жена берет фамилию мужа?