Выбрать главу

Работа стала страдать, фирму пришлось закрыть, но Наталья ещё работала в качестве индивидуального предпринимателя. Только вот всё чаще либо не исполняла в срок договора, либо вообще стала от них отказываться. Материальное положение стало страдать. Заметила я в ней в это время и другие изменения. Она стала замкнутой и непредсказуемой, уже почти не шла на контакт, в общении требовала называть её только «Нат», никакой «Наташи», могла неожиданно сорваться и ни за что облаять тебя по полной программе и возложить вину на тебя же. И по полгода избегать тебя. Удовольствия от такого общения, сами понимаете, мало. Я тоже стала сокращать с ней контакты, хотя и переживала за неё.

Как оказалось позже, она в это время (ей было уже около 50) влюбилась. В стоматологиню из нашей поликлиники. Конечно, со стороны той ничего не светило, она была женщиной нормальной ориентации, замужней, с детьми. Сначала она начала бегать от Наташки, потом, видимо, произошло решительное объяснение. И Наташка стала запивать ещё чаще. И ещё чаще ездить к целителю.

Закончилось всё очень печально. Я возвращаюсь из отпуска, а мне говорят: «А Наташка-то повесилась!» Я даже не сразу поверила. Оказалось, привязала верёвку к антресоли и… Верёвка оборвалась. Соседи на удар не обратили внимания, спохватились через несколько дней, когда запах пошёл. Тогда подняли шум.

Сентябрь стоял жаркий, но даже с учётом этого, тело разлагалось необычайно быстро. До такой степени, что судебно-медицинская экспертиза дату смерти определила на три недели раньше реальной. Пришлось вспоминать, когда её видели в последний раз и слышали шум из её комнаты. В крематории она была в закрытом гробу. Наверное, это и к лучшему, что мы не увидели, что с ней стало.

Ещё при жизни Наталья высказывала желание, чтобы её сожгли и развеяли пепел. Ирина очень настаивала, чтобы мы выполнили эту волю. Мы не возражали. Пепел сожжённого человека, оказывается, серовато-жёлтый. Мы развеяли его над текущей водой. В крематории была замурована урна без праха. Для веса насыпали туда зерновой кофе, который всё равно пропах. И томик Ахматовой положили. Вместо Библии. Вот это и увидят через 99 лет (именно столько хранится урна в ячейке).

Ирина сходила в церковь. Оказалось, что молиться за самоубийц нельзя, свечки ставить тоже, но можно заказывать особые панихиды. Она оплатила панихиды на 5 лет вперед.

Позже мы узнали истинную причину самоубийства. Из Натальиного дневника, который она вела практически до самой смерти. Я уже сказала, что стала замечать неадекватность. И она действительно становилась всё более неадекватной, это я видела по мере чтения. Исчезала ясность мысли, она уже не могла работать, только постоянно ездила к этому целителю, Андрею, он стал для неё, как наркотик. Последней каплей стали… возрастные отложения жира. Возраст есть возраст. А тело было всё-таки женским, понятно, что жир откладывался в женских зонах. А до неё уже не доходила такая простая мысль, она приписывала всё магии Андрея, дескать, он тайком делает из неё женщину, с женскими формами и мышлением. Поскольку она всю жизнь ощущала себя мужчиной, для неё это была катастрофа. Что-то ей подало повод к такой мысли, возможно, какая-нибудь его неудачная шутка. Она пишет: «Андрей, сволочь, что ж ты делаешь! Стоит к тебе съездить, как я всё больше становлюсь бабой. Борюсь, но как только чего-то добиваюсь, ты сводишь все мои усилия на нет!» И всё же ездила к нему. Зачем? Была у него незадолго до смерти. Последняя фраза её дневника: «Андрей, с**а, б**ь, и с того света буду тебя проклинать!»

…Начали разбираться с имуществом. Большинство книг сдали букинистам, особых ценностей у неё не было, комнату после всех формальностей получила племянница. Но это потом. А тут Ирина спохватилась: «А где же Баська?!» Заглянули во все углы, обошли весь дом, в конце концов, я высказала предположение, что Наташка могла Баську просто усыпить перед тем. Ну где её ещё искать?!

И только месяц спустя, когда начали выносить ненужный хлам из комнаты, из-за отодвинутой кровати вдруг засветились два глаза. Вы представляете, кошка как-то забилась в щель между кроватью и стеной и висела там больше месяца, без еды, без питья. И все-таки ещё была жива! Мы её тут же вытащили, стали отхаживать. О, это был уже не тот дикий зверь! Она безвольной тряпкой повисла на руках у Ирины. Думаю, если бы ей в это время стали рубить лапы или хвост, она бы и тогда не сопротивлялась, разве что пискнула. На первое время я забрала её к себе, когда ей стало немного лучше, её увезла к себе Ирина. Я не возражала. Не уверена была, что сумею выходить Баську до конца. И условия жилищные у Ирины были лучше. А Ирина отнеслась к Баське как к святыне, видимо, в память об их с Наташкой взаимной любви. Нянчилась с ней, специально отпуск взяла, таскала её к ветеринару. И выходила-таки.

Баська прожила ещё 4 года. Она снова приспособилась под характер хозяйки. Ни буйства, ни дикости, кошка стала очень спокойной и ласковой. Хотя цапнуть за провинность всё-таки могла. Умерла она от старости, если переводить на человеческие годы – в возрасте 117 лет. За три дня до её смерти мне позвонила Ирина и сказала: «Баська явно умирает, приезжай с ней попрощаться». Я приехала. Кошка неподвижно лежала на нижней полке стеллажа, только взглянула на меня. Потом закрыла глаза. Её раздуло наподобие футбольного мяча. Как сказала Ирина, по информации ветеринара, это несомненный признак. И действительно, скоро Баськи не стало.

Баська ушла к Нату. Надеюсь, они встретились и им хорошо.

20.04.2013