— Анжелика. — Я хорошо ее знала. Она звонила в офис, чтобы поговорить с Пирсом, по крайней мере раз в неделю. Мне любопытно было взглянуть на нее во плоти. Очень короткие светлые волосы, накладные ресницы и сильный загар. На ней было облегающее платье, настолько узкое, что видны были контуры трусиков и лифчика.
— Эта не будет водить хороводы вокруг да около, — засмеялся Пирс. — У нее на лбу написано: «Трахни меня!»
— Пирс, дорогой! — Анжелика увидела нас и двинулась в нашу сторону. Высоко над головой она держала бокал шампанского.
Пирс бросился навстречу. Я осталась одна, окруженная голыми женскими спинами. К одной спине была прикреплена наклейка «Лаура Эшли», на одной сломанная молния была сшита наспех нитками. Некоторые спины были покрыты пиджаками, на некоторых болтался дорогой мех. Я стояла в замешательств не зная, с какой из спин завязать разговор. К своему удивлению, я заметила Джайлса, он прислонился к стене возле окна. Насколько мне было известно, он не входил в число приятелей Джулии Семфил-Смит. Джайлс выглядел очень серьезным, он внимательно слушал и время от времени кивал в знак согласия своему собеседнику. Мужчина с длинными седыми волосами и розовым лицом оживленно доказывал что-то, энергично размахивая руками. Джулия подошла к ним, положила руки Джайлсу на плечи, улыбнулась Розовому Лицу и потащила Джайлса танцевать. Некоторое время Розовое Лицо казался обескураженным, затем, оглядевшись по сторонам, увидел меня.
— Привет! Вы, кажется, тоже ни с кем не знакомы? Мое имя Тедди Титт-Праед. Мы, две одинокие души, должны составить компанию друг другу. Вы давно знакомы с Семфил-Смитами?
— Нет, я…
— Я тоже. Я познакомился с Робертом Семфил-Смитом на прошлой неделе на собрании директоров школ. Он настаивал, чтобы я пришел на вечеринку. Но сегодня выяснилось, что он никогда не посещает вечеринки своей жены. Немного странно, не правда ли? — Некоторое время Тедди выглядел задумчивым, но затем просветлел. — Я должен сделать все, чтобы подбодрить вас, моя бедная, маленькая, потерявшаяся девочка. Вы напоминаете мне Мэри Роуз из пьесы Барри. Вы помните Мэри Роуз, которую украли феи? У вас такой же мечтательный, волшебный взгляд. Помните, что случилось с маленькой девочкой?
— Она вернулась назад и…
— Правильно, она вернулась… Как я могу заставить вас улыбнуться? Давайте познакомимся по-настоящему! — Крохотные глазки Тедди засверкали над толстыми щеками. Он пришел в восторг от своего предложения. — Я самый счастливый на земле человек! Я наслаждаюсь своей работой. Большинство людей заставляют себя приходить в офисы. Они тихо ненавидят то, чем вынуждены заниматься изо дня в день. Я же каждое утро бегу на работу вприпрыжку.
Тедди подпрыгнул на месте, чтобы придать своим словам убедительность.
— Чем вы занимаетесь?
— Я музыковед. Вы немного напуганы, не правда ли?
Я изо всех сил старалась казаться ошеломленной.
— Не стоит волноваться, я не собираюсь утомлять вас рассказами о скучных инструментальных концертах и симфониях. Я изучаю музыку, которая так прекрасна и проста, что даже ребенок может исполнять ее. Я изучаю музыку транса и одержимости. В Западной Африке распространен культ Нарасунга. Каждый дух обладает собственным голосом. Например, дух материнства и плодородия звучит вот так. — Тедди запрокинул голову назад и издал высокий стон. Несколько человек остановились и уставились на нас. — А это голос домашнего очага и кухонной плиты. — Тедди прижал подбородок к груди и заревел низким голосом. От неожиданности я вздрогнула и разлила свое шампанское. — Замечательно, не правда ли?
К этому времени вокруг нас собралась толпа.
— Дыши глубоко, дружище, а я похлопаю тебя по спине! — сказал пожилой джентльмен с моноклем. — Парень наверняка поперхнулся оливковой косточкой, — говорил он окружающим.
— Нет, нет! Я объяснял этой юной леди, что такое голоса духов. — Тедди еще больше порозовел от напряжения. — А вот еще один очень необычный звук. Голос дерева лано-лано. Кстати, листья этого дерева — довольно сильный галлюциноген. — Тедди закатил глаза, раздул щеки и затрубил.
— Кажется, у бедняги припадок, — заметила женщина, которая стояла неподалеку.
Ближе к полуночи гости стали расходиться.
— Поехали в ночной клуб, потанцуем!
Пирс, которого я не видела в течение всего вечера, неожиданно появился рядом. Я всегда замечала, когда Пирс был сильно пьян, — в такие минуты он казался более трезвым, чем обычно. Он держался очень прямо и был невероятно серьезен. Я поняла, что Пирс еле стоит на ногах.