В чате волонтёрства я отматываю переписку на полгода назад и копирую ссылку на книжный клуб:
— Они в конце недели встречаются в кафе «Весна». Только… ой!
— Чего там?
— Они читают любовные романы.
— Ну, повезло Богдану, — гогочет Даниэль. — Хотя, может, и хорошо. Дамские романчики полегче Кафки будут. Набери его, пожалуйста, по громкой.
Даниэль протягивает мне свой телефон, предварительно разблокировав его.
Найти контакт Богдана оказывается несложно, от него висит несколько пропущенных звонков.
Я нажимаю на кнопку вызова.
— Ну, ты чего вообще. Снова про меня забыл?! Мару тебе совсем…
— Эй, бро. Ты на громкой, — перебивает его Даниэль, а мне остаётся только гадать, что я там могла сделать.
— И что звонишь тогда? — доносится из трубки.
— Да захотелось тебя порадовать поскорее.
— Ну, не тяни.
— Книжный клуб, куда ты так рвёшься, дамские романчики обсуждает, — Даниэль легонько ударяет ладонью о руль.
— И что из этого? — тянет Богдан.
— Придётся тебе «Пятьдесят оттенков серого» или «Бриджертонов» каких-нибудь читать. Марусь, что нашему Ромео выпало?
Я пролистываю анонс и нахожу книгу для следующей встречи:
— «Главный подонок академии» Тори Мэй.
— Вот, про подонков будешь читать перед сном, — ржёт Даниэль.
— Мне не привыкать, — огрызается Богдан. — С одним из таких приходится регулярно общаться.
— Ладно, приятного чтения. Маруся тебе сейчас инфу перебросит.
— До связи.
Я завершаю звонок. Сохраняю себе контакт Богдана, чтобы отправить ему ссылку на книжный клуб. Уже собираюсь заблокировать телефон Даниэля, когда приходит сообщение от его продюсера: «Из-за номинации времени в обрез. Решайся».
— Что там? — наклоняется он.
Я делаю вид, что не успела прочитать сообщение:
— Не знаю, сообщение от кого-то, — возвращаю Даниэлю телефон.
— Потом почитаю, — хмыкает он, убирая телефон в карман куртки.
Это сообщение точно связано с секретом Даниэля. Мне нужен не ноутбук, а его телефон. Переписка с продюсером стала бы идеальным доказательством.
Только как мне её достать?
Смотрю на Даниэля. После разговора с Богданом складки на его лбу разглаживаются, движения становятся плавнее.
Нет, сегодня залезть в его переписку с продюсером точно не выйдет. Я откидываюсь на спинку сиденья. Сумерки обволакивают деревья, оставляя от ветвей лишь размытые очертания.
Из динамиков льётся убаюкивающий бит, в салоне приятно пахнет цитрусом. Я потихоньку расслабляюсь.
Ловлю себя на мысли, что мне нравится нестись по загородной трассе на высокой скорости. Даниэль ведёт машину с успокаивающей уверенностью. И мне комфортно ехать рядом с ним.
— Почему кто-то зовёт тебя Марусей, а кто-то Машей? — Даниэль вырывает меня из задумчивости.
Машина въезжает в город, замедляется.
— Для близких я Маруся, для остальных Мария или Маша.
— Так с этой Катей из клуба вы близки? — Даниэль тормозит на светофоре. В свете красных огней он выглядит уставшим, тени залегают под глазами. Мы рассматриваем друг друга прямо без стеснения и есть в этом что-то интимное.
— Не особо, — пожимаю плечами.
— Она тебя Марусей назвала, — Даниэль вновь переводит взгляд на дорогу.
Голос его спокоен. Но, мне кажется, будто он снова пытается меня подловить на лжи. Поэтому я отвечаю чуть резче, чем планировала:
— Ну, назвала, тебе-то что?
Кажется, мой выпад его не задевает. Наоборот, следующую фразу он произносит с несвойственной ему добротой:
— Таких подруг, как она, лучше близко не подпускать.
Какого чёрта он лезет в мою жизнь и что-то советует?
— Это Катя тебе рассказала, что я Мару?
— Ага, — кивает Даниэль. — И не просто так. Она ещё торговалась.
— Ясно, — я проглатываю с горечью.
Мыслями я не раз возвращалась в тот день, когда он меня поймал. Ясно было, что Катя рассказала. Но что-то во мне сопротивлялось в это верить. И сейчас Даниэль растоптал надежду на то, что она случайно проболталась.