Я делаю шаг к машине, но Мару быстрее — она запрыгивает внутрь и громко хлопает дверью.
На полной скорости королла отъезжает. За рулём какая-то девка, наверное, подруга. Я запоминаю номера и записываю их в заметки на телефоне.
В руках остаётся бутылка шампанского. Утешительный приз от стервы. Как насмешка в лицо.
Грёбаный, грёбаный день.
Кулаки чешутся, и грудь распирает буря внутри.
Мог бы напиться, был бы уже в хлам.
Замахиваюсь и бросаю бутылку. Зелёное стекло рассыпается по мокрому после дождя асфальту. Брызги летят во все стороны, попадая на кроссовки. Я отшагиваю, чтобы не испачкаться во вздымающейся пене.
Становится чуточку легче.
Со стороны крыльца раздаются вскрики, но я не оборачиваюсь.
Резкий порыв ветра кидает засохшую листву к моим ногам. Среди неё замечаю край цветного флаера с эмблемой моего ВУЗа. Я оглядываюсь по сторонам и понимаю, что это одна из тех бумажек, что выпали из рюкзака Мару.
Брезгливо морщусь, но опускаюсь на корточки и поддеваю край флаера пальцами, чтобы полностью его развернуть.
Свечу фонариком телефона. Часть шрифта по краям размылась, но заголовок хорошо виден: «Приглашаем вас присоединиться в ряды волонтёров МФУ».
Какое совпадение. Мы учимся в одном ВУЗе.
Я найду тебя, Мару.
Глава 5: Маруся
На лекции по бизнес-информатике я едва не засыпаю.
Вместо того чтобы рассказывать о внедрении новых технологий в рабочие процессы, нас учат пользоваться «персональным компьютером», именно так выражается преподаватель, который даже в слове Эксель ставит ударение на первый слог.
Поглядываю на часы в ожидании перерыва. С бо́льшим интересом я послушаю о магическом ритуале, который Мирон должен был вчера провести.
Друг сидит рядом и чертит что-то в тетради с кожаным переплётом. Уверена, это не конспект по бизнес-информатике. Заглядывать в записи он никому не разрешает.
— Мирош, что? Удалось постигнуть дзен? — спрашиваю я, как только лектор объявляет перерыв.
— Если был бы буддистом, то достиг, — буркает он, дописывая что-то. Длинные тёмные пряди прикрывают лицо.
— Эй, не дуйся, — иду я на попятную, а то ещё запишет моё имя в свою «тетрадь смерти». — Получилось провести ритуал?
Мирон закрывает тетрадь и выпрямляется:
— До семи вечера ждал, пока бабушка к соседке пойдёт на чай. Зажёг свечу, начертил Ансуз, — он закатывает рукав тёмного свитера до локтя и показывает нарисованную на предплечье руну в виде кривоватой буквы F. — Сначала просто дышал, как в книге сказано, а потом руна потихоньку стала инеем покрываться. Такой прилив лёгкости словил.
— Достиг просветления?
— Это не так называется, но да. Теперь мои способности в разы выше.
— Рада за тебя.
— Что случилось? Без магии видно, ты какая-то нервная, — он прокручивает на среднем пальце одно из своих металлических колец.
Наверное, ночь без сна даёт о себе знать. Теперь стоит мне закрыть глаза, как сразу вспоминается бешеный взгляд Даниэля и его угрозы.
Мирону нельзя об этом рассказывать, бросится ещё защищать перед мажором. И раскроет, кто я на самом деле.
Пройдёт время, и Даниэль обо мне забудет.
— Просто… отца с работы уволили. Неприятно всё это, а у меня осенний семестр не оплачен, — раскрываю я часть правды.
Мирон роется в карманах, достаёт из одного шёлковый мешочек и раскрывает его передо мной:
— Тяни руны. Сейчас мои обновлённые способности проверим. Узнаем, как твоя ситуация разрешится.
Эти гадания уже привычны. С улыбкой засовываю руку внутрь, нащупав крохотную деревяшку, я вытаскиваю её и кладу на стол.
— Наутиз перевёрнутая, — Мирон называет руну. — Прошлое тревожит тебя сильнее, чем ты об этом рассказываешь. Произошло важное событие.
Тяну следующую, обозначающую настоящее.
— Эваз. Перемены уже на пороге, и они неминуемы.