— Однажды я надеяться, мои родные приезжать Америка. Или я навещать тут. Это возможность?
— Да, возможно, — рассеянно кивнул Уилсон. В его планы не входило ни общение с ее родственниками, ни ее визиты на родину.
Пока женихи прогуливались с невестами, сотрудники госпожи Пулецкой пробивали в американском консульстве «визы невест» для ее клиенток. Шаблонный контракт с «Украинскими невестами», который подписывали американские женихи, предусматривал покупку для невесты обратного билета без даты — не столько открытая дверь для молодой жены в случае разочарования, сколько лестница, с которой американец мог спустить неугодившую украинку. Уилсон решительно отказался от обратного билета. Это было воспринято как жест нарождающейся любви к Ирине. На самом деле и тут был трезвый расчет. В грядущем миропорядке, конечно, не будет ни самолетов, ни уважения к предбрачным контрактам, заключенным до эры Уилсона (будущий мир, очищенный от скверны прогресса и двух-трех миллиардов избыточных людей, Уилсон про себя уже давно называл «мир после Д. В.» — после Джека Уилсона. Начало нового летосчисления. Со временем это превратится в стандартное выражение на всей планете и во всех языках: «Горбачев пришел к власти за двадцать лет до Уилсона», «Я купил этот велосипед через три года после Уилсона», «Все мои родные и близкие погибли при Уилсоне»…).
На лавочке в парке, под начинающим зеленеть буком, Уилсон подробно описал ранчо, на котором Ирине предстояло жить.
— Это просто рай земной. Неподалеку есть ручей, к которому приходят напиться олени. Закаты — потрясающие. Небо — самое голубое и просторное на всей земле. Есть и дичь, и рыба…
Ирина зачарованно слушала.
— Я знаю, ты говорить правда, — сказала она. — Потрясающая красивость. Фотографии, ты прислал, лежат под моя подушка. Какой большой дом. Имеется много место для детей. — Она осеклась и старательно покраснела. — Имеется машина для мыть посуда?
Уилсон кивнул:
— Весь набор самой современной техники. Начиная с огромного плоскоэкранного телевизора. Бассейн, джакузи… Ты знаешь, что такое джакузи?
— Видела картинки.
— Я куплю тебе автомобиль. С открытым верхом.
— Но я не уметь ездить! — простодушно огорчилась Ирина.
— Мне будет приятно учить тебя.
— Новая машина, большая?
— Нет, для начала старенькую — пока не научишься водить как следует.
Ирина нахмурилась, но тут же торопливо исправила выражение своего лица и опять заулыбалась:
— Ты живешь Невада, так? Лас-Вегас в Невада?
— Да, Лас-Вегас в штате Невада. Правда, мое ранчо от него неблизко — в горах, в глубинке. Но я покажу тебе Лас-Вегас.
Ирина объяснила, мило смущаясь, что свадьбу она хотела бы сыграть именно в Лас-Вегасе — в Уайт-Чепел. Там же, где брачными узами связала себя сама Бритни Спирс.
— Есть возможность? — робко спросила Ирина.
— Да. Только, надеюсь, в отличие от Бритни Спирс наш брак продлится больше суток.
Писаная красавица рядом с ним рассмеялась. Большие сияющие глаза, розовые щечки, столько энтузиазма… Уилсон был очарован. Он понимал, что эта женщина далеко не невинна, однако ее наивность умиляла его. Бритни Спирс, Лас-Вегас, Уайт-Чепел… Вряд ли она читала серьезные книги, зато где-то нахваталась знаний о роскошной жизни заморских звезд. Сам он планировал предельно бесхитростную и дешевую церемонию, но если ей по сердцу Уайт-Чепел — отчего бы и не побаловать прелестную украинку?
— Значит, свадьба Лас-Вегас, Уайт-Чепел? — переспросила для верности Ирина.
— Да, солнышко мое. Твое желание для меня закон.
Ирина радостно вскрикнула и поцеловала его в губы. Его обдало цветочным запахом духов. В сочетании с теплыми страстными губами и истомой в Ирининых глазах этот аромат мгновенно пробудил в нем мужчину, который дремал на протяжении почти всех тюремных лет: стресс сделал его полуимпотентом. Ирина возвращала его плоть к жизни. Голова кружилась от счастья, а тело изнывало от желания.
— Да, вот кое-что для твоей новой сумочки, — сказал он и протянул ей конверт с авиабилетом. Первый класс. Одесса — Париж — Нью-Йорк — Лас-Вегас.