— Ещё и капитаном нашим вызвался, ха-ха!
— Да кретин он, вот и всё!
Уколы и смешки переросли в скулёж стаи гиен. Но Виктор не обратил на это внимания. Он испуганно смотрел на последнего из выживших — вождя язычников, который, преклонив колени, что-то бормотал себе под нос, окружённый кровью своих собратьев.
— Он мой, — усмехнулся один в защитном костюме и, скрежеча разорванным железом, подошёл к Быку. — Иди-ка сюда, уродец… Где там твои…
Секира быка вскрыла композит, распорола живот и рассекла голову инквизитору надвое. Тот от удивления пошатнулся и утоп в кровавом снегу.
— Братья мои, жертвы твои. Силы ты дай, дань забирай… Силы ты дай, дань забирай… — Глаза вождя «Перуна» превратились в маленькие чёрные бездны. Он сбросил с себя шкуры и татуировки древних духов притягивали к себе кровь павших товарищей. Позади Быка в испаринах дрожал воздух и снег под ним таял.
Он метнул свою секиру и она, будто брошенная самими богами, прочертила несколько косых кругов, лишив пять парней в костюмах своих железных голов.
На него набросилось ещё десять, вооружённых человек, но словно из снега возникли звери — медведь и волк. Они оскалились и мигом разорвали глотки несчастным.
Пламя паники охватило поле боя. Хищников становилось всё больше, а лезвие топора свистело в воздухе и срубало всё больше голов. Скоро нельзя было наступить на снег, не раздавив чью-то слетевшую голову.
Башка был в отчаянии. Он мельком увидел, что в него летит раскрученный тёмной силой топор и рефлекторно выставил свой огромный молот. Удар металла о металл и скоро оружие бугая превратилось в смятую гармошку. На него бросился сотворённый будто из воздуха волк и вгрызся ему в руку. Несколько неуклюжих ударов остатком молота и животное рухнуло в снег. Башка вскрикнул, выкинул рукоять молота и помчался вперёд, через снег и ветки, тяжело перебирая своими огромными ногами.
Ветки резали его лицо, били его по щекам, но здоровяк бежал, что-то невнятно бормоча себе под нос.
«Сжальтесь! Не надо! Не надо!»
Бугай слышал хруст костей и вой волков. Слышал рычание медведя и человеческий визг. Чаща леса стала густеть и темнеть, пока он окончательно не заплутал. Какая-то ветка вонзилась в его ногу, да так глубоко, что Башка рухнул на снег, прочертив огромный шлейф.
Не обращая внимания на чудовищную боль, он пополз вперёд, стирая ногти о мёрзлую землю.
Прошло время. Парень не знал, минуло пять или десять минут, час или два. Он полз всё дальше и дальше, пока не почувствовал холодную хватку холодных пальцев ниже его тела.
Лес тянул к нему свои кустистые, черные руки и норовил утянуть в свои глубины.
— Холодно… — Бормотал здоровяк. — Я не хочу… Не хочу умирать… СПАСИ МЕНЯ! — Взревел он, протягивая окровавленные пальцы к небу. — СПАСИ! Я НЕ ХОУ УМИРАТЬ!
В черноте призрачного леса раздался хруст сухих веток и топот. Такой тихий, будто ступала маленькая мышь, но бугай от страха обмочился себе в штаны.
— Какая жалость. — Башка задрал несуразную голову и прямо перед собой увидел человека. Жуткого и страшного. Он был по локоть в крови, а глаза его обратились тьмой.
— Не убивай! — Твёрдый, низкий голос бугая стал писклявым и жалким. — Не надо! Не надо! — Он прикрыл свою голову руками и заплакал, упёршись в землю.
— Не переживай. — Бык отряхнул руку от человеческой кости и мозга, который к прилип к костяшкам. — Ты мне ещё очень сильно поможешь.
Бугай пугливо поднял голову и увидел перед собой клинок с чёрным лезвием, всего в сантиметре от его горла.
— Я готов… — Сдался Башка. — На всё… Приказывайте.
Бык явно остался доволен своей работой.
Глава XV. Чёрные птицы - чёрные вести
1
Диск луны разрезал небесную гладь, полнящуюся тучами. В воздухе пахло пеплом, копотью и гарью, оседавшую со сгоревших деревьев. Идолы древних богов обуглились, потеряли всякий облик, обратившись в безликие чёрные столбы. Стаи ворон кружили в небе и, казалось, их были сотни. Чёрные птицы прыгали по трупам, ковыряли им глаза, драли кожу на лице, расклёвывали губы и щёки.
Человек в вороньей маске бродил около мёртвых и внимательно их осматривал.
«Три десятка язычников, ещё две сотни инквизиторов, — отчитался про себя загадочный человек. — Но где же их вождь?»
Он пошёл дальше и ещё долго осматривал изувеченные тела убитых. По большей части встречались люди без голов или с отрубленными руками и ногами. Кое-где попадались трупы с разорванными, как по линеечке, грудными клетками и выпавшими кишками.