Эти стены, казалось, сжимались вокруг меня, не оставляя даже малейшего пространства для дыхания. Я чувствовала, что теряю контроль над собой, что теряюсь в этом мучительном кошмаре. Но я знала, что не могу сдаться. Я должна найти силы в себе, чтобы противостоять этой агонии, чтобы вырваться из этой тьмы.
Я готова сделать все, чтобы это прекратилось. Я не могу допустить, чтобы это поглотило меня. Я должна найти способ преодолеть эту боль, эту муку. Я должна найти выход из этого кошмара, каким бы трудным он ни был. Я должна бороться, несмотря на все, что происходит внутри меня. И я сделаю это.
***
— Аспен и Гарри закрыли меня в подвале их дома на тридцать дней, — признаюсь. — Каждый день на протяжении двух недель они приносили мне виски, воду и незначительное количество еды. Я выпивала, сколько могла, чтобы хоть как-то сбить ломку, но кости выкручивало дико, — на губах появляется улыбка полная боли. — Я пила, сколько смогла, и потеряла сознание. При пробуждении меня мучила ломка. Так прошли первые две недели.
— И что было дальше? — тихо спрашивает Марко, зарываясь пальцами в мои волосы.
— На двадцатый день я уже могла читать, но выпивала, так как это помогало от ломки. Потом настали дни просветления. Самое ужасное время в моей жизни закончилось. Там умерла старая Лия, которой больше нет. С какой-то стороны я рада, что так произошло.
— Что послужило для тебя толчком сделать это? — Марко задает вопрос за вопросом и я даже не против. Мне стоит рассказать ему все, чтобы быть честной перед ним.
— Смутно помню тот день, — я пытаюсь восстановить хронологию событий. — Мой бывшим молодой человек подтолкнул меня к этому.
Тело Марко подо мной напрягается.
— Это был Лиам?
Я в ужасе вскакиваю и таращусь на него.
— Ты и про это знаешь? Как давно, Марко?
Я не могу в это поверить. Он так долго знал и молчал.
— Несколько месяцев, — спокойно отвечает он. — Что он сделал?
Я сажусь на плед, прижимаю к груди ноги и облокачиваю голову. Мы расположились так, чтобы иметь возможность видеть друг друга, что помогает мне лучше понимать его реакции и быстрее вмешаться, если что-то пойдет не так.
— Мы поругались, и он посмел поднять на меня руку. Все дошло до того, что я в полном потрясении звонила Аспен и просила спасти меня. Больше всего пострадало лицо и обошлось без сломанных костей. В тот день я поняла, что не могу так дальше жить.
— Милая, через что тебе пришлось пройти, — Марко пододвигается ко мне. — Если бы я мог, то воскресил этого ублюдка и убивал его так, что он бы молил меня о смерти. Я бы сделал это миллион раз, — тихо шепчет он. — Смерть от рук Гарри для него было слишком простым наказанием.
Я качаю головой и хочу сделать самое страшное признание, которое не знает даже Аспен.
— Гарри не убивал его, Марко, — мой голос так тих, что я не уверен, слышал ли он меня. — Я убила Лиама. Собственными руками всадила пулю между его глаз, — после моих слов Марко начинает улыбаться. — Мне казалось, что именно так придет облегчение, но оно не наступило. А я убила человека.
— Моя девочка, — Марко оставляет поцелуй на моем плече. — Ты все сделала правильно и не должна этого стыдиться. Если тебе придется убить снова, ты это сделаешь. Ты поняла меня?
— Да.
Слова Марко глубоко затрагивают мою душу, заставляя осознать новую реальность, где угроза и необходимость убивать будут тенью над нами каждый день. Я понимаю, что не смогу повлиять на ситуацию и не хочу этого.
— Ты невероятно соблазнительная, когда вот так хмуришь брови и о чем-то думаешь.
— Соблазнительная? — прерывисто вздохнув, переспрашиваю его.
— Да.
Марко поддается вперед, проводит большим пальцем по моей нижней губе. Я втягиваю в легкие больше воздуха.
Тебе нужно дышать, Лия.
Марко целует меня, слегка откинув мою голову назад. Он придерживает мое основание шеи, запустив пальцы в волосы, а другой обвивает меня за талию и привлекает к себе. Поцелуй становится требовательнее, но мои губы настойчивее. Я касаюсь его языка кончиком своего. Он такой опьяняющий на вкус. Из глубины груди рвется стон. Мои руки скользят вверх по бицепсам Марко, и я прижимаюсь сильнее.
Я могу целовать его весь день.
Каждый день.
До самой смерти.
Макро скользит руками по моей заднице и привлекает меня ближе к себе. Из меня вырывается стон, когда пульсация клитора становится невыносимой. Я отрываюсь от его губ.