Каждый из нас замолкает. Мы стоим лицом к лицу, готовые накинуться и убить друг друга. Наше напряжение скачет по комнате. Мое тело застывает. Я не могу поверить, что он это сказал.
Он ничего не может знать. Ничего нет. Гарри все уничтожил.
— О чем ты говоришь? — непонимающе спрашиваю.
— Я не собираюсь выкладывать тебе всех карт! Ты знаешь теперь, что я за человек! — его слова впиваются в меня. — Если я захочу, я узнаю о тебе все по щелчку пальца.
— Мое прошлое никак не угрожало тебе, Марко. Твоя тайна — да. Я прекрасно знаю, что могут делать враги. Я была первой их мишенью. Еще и с этим чертовым кулоном, — его взгляд метнулся к инициалам на моей шее. — Я прожила год с Гарри и Аспен. Мне известно, как устроен этот мир. Чертов ты мудак! — мой голос сходит на крик.
— Я бы не позволил кому-то навредить тебе! — грозно утверждает он. — Ты была в безопасности.
— Так ли это? О какой безопасности идет речь, когда ты почти главарь мафии?
— Джош постоянно был рядом с тобой. Он бы вмешался, если бы что-то пошло не так.
Он что, следил за мной? Я сейчас точно ударю его.
Я выпускаю воздух из легких. Вырвавшись из его хватки, разворачиваюсь и отхожу от него.
— Ты следил за мной? — с каждым словом гнев все глубже обжигает грудь. — Ты, черт возьми, следил за мной? — мой голос исходит на крик.
Это просто невероятно. За мной наблюдали все это время, следили за каждым шагом, каждым действием. Ситуация вышла за пределы разумного. Кровь закипает, пронизывая мой организм. Внутри меня что-то сжимается настолько сильно, что чтобы вздохнуть, мне приходится использовать все свои силы.
— Это для твоей безопасности. Ты даже не замечала его все время! — с резкостью отвечает он.
Срываясь с места, я останавливаюсь около него. Звук громкой пощечины разлетается. Его лицо мгновенно меняется. Карие глаза расширяются, показывая удивление от неожиданного удара. Приоткрывая губы, он сильнее сжимает челюсть. Кожа покраснела в том месте, где моя рука оставила след. Он хватает меня за предплечье и привлекает к себе. Мое тело ударяется о груду мышц.
— Я молчал ради твоего блага! — цедит он сквозь зубы.
— Мама попросила тебя молчать? — тихо спрашиваю.
— И это, в том числе, Лия.
Гнев сменяется растерянность, грустью и разочарованием. Во всех.
Мои глаза наполняются слезами, и я стараюсь держать их под контролем, но они срываются и падают с моих щек. Хватка Марко на моих плечах ослабевает.
— Вы все… Чертовы лжецы! — мой голос звучит слабо и тускло.
Все, что я хочу в этот момент — это найти утешение и понимание, чтобы чувствовать себя не так одиноко и разозлено. Ноги сами несут меня к выходу. Слезы застилают глаза. Я не могу остановить их поток.
— Лия! Остановись! — раздается голос Марко за моей спиной.
Я не слушаю и не останавливаюсь. Он настигает меня около дверей кабинета. В его глазах читается неуверенность и ощущение уязвимости. Он старается сдержать дрожь в руках, хватая меня под локти. Тело Марко напряжено, как струна. Взгляд блуждает по моему лицу, ища выход из данного положения.
— Пожалуйста, послушай меня!
— Отпусти меня!
Он игнорирует мою просьбу, сильнее вжимая в дверь.
— Ты не уйдешь отсюда, пока мы не поговорим.
— Если ты не отпустишь меня, я позвоню Гарри.
В глазах Марко вспыхивает огонь, его пальце сильнее сжимаются на моих руках.
—Не смей прикрываться им! — цедит он сквозь зубы.
— Он единственный, кто ценит меня.
На губах Марко появляется ухмылка.
— Ты ошибаешься. Он тебе тоже ничего не сказал.
Слова режут по сердцу. Может, он не сказал мне, но он был со мной в самые темные и сложные моменты моей жизни. Гарри никогда не упрекал меня.
— Отпусти меня, или ты больше никогда меня не увидишь! — мой голос полон серьезности.
Марко хмурит брови.
— Что ты имеешь в виду? — с непониманием переспрашивает он.
— Не советую проверять тебе! Отпусти меня. Сейчас же! — я уже не могу контролировать свой голос, который сходит на ужасный крик.
Я сижу в своей машине одна в тихом уединении. Слезы текут по моим щекам. Мой пристальный взгляд устремлен на руль, который я сжимаю так сильно, словно он единственный предмет, еще оставшийся мне верным. Понимаю, что это место, где я могу быть самой слабой и уязвимой. Мой голос прерывается хныканьем, и я не в силах остановить поток эмоций, который наваливается на меня. Я плачу так глубоко и истерично, ощущая, что внутри меня все разрывается. Каждая слеза, которая катится по лицу, сопровождается резкой болью в груди.
Руки дрожат, а сердце бьется сильнее, словно оно хочет выскочить из груди и унести с собой эту болезненную боль. Я закрываю глаза, сжимая их крепче в попытке заглушить все эти негативные эмоции, но они продолжают проникать сквозь каждый уголок моего существа.