Я держалась одной рукой за перила, чтобы ощущать почву под ногами. Слишком сильно выбивало ее присутствие огромного количества мертвых и его. Они танцевали, выпивали, курили, веселились как живые, но их серая с трупной синевой кожа, потерянные части тела, сгнившие кости выдавали настоящую природу. Как бы они не наряжались, скрыть разлагающиеся тела не получится. Некоторые были как призраки. Интересно разгадать эти особенности. Мне в целом интересно понять иной мир. Хотя здравый смысл, логика, рациональность, здесь не работают. И твой Господин как-то сказал, что живым все равно не понять, сколько ни старайся. Но я упряма и слишком любопытна.
Зачем ты привел меня именно сюда? Хотел показать мир, в котором ты был жив?
Так это лишь жалкая пародия. Ничто не сравнится с миром живых по ощущениям, по краскам, по вкусам.
Богема – твое время. Разврат, деньги, искусство, наркотики, женщины и… Не только? И как оно, возлежать с мужчиной? По-другому, говоришь, но по-своему приятно? Невозможно не засмеяться от такого ответа.
Думаешь, мне такое по душе? Нет. Есть предел разврата. Есть та грань, за которую я переступить не могу, насколько бы испорчена не была душой. А ты как раз стоишь за той чертой.
Готов отказаться? Ты то? Не смеши. Зачем тогда показываешь мне себя? Я даже твою безумную пассию увидела. Да, вы стоили при жизни друг друга. Два психопата извращенца. Безумие. Если она проснется, то мне несдобровать.
Не проснется? Пф… Ты так в этом уверен. Если твой Господин захочет, она встанет. Натравит на меня и что будешь делать? Прекращай эту игру. Но что-то подсказывает, что он не захочет этого делать. Это будет больше головной болью для него самого.
Как в моей руке оказался бокал? Я не буду пить. Забери.
Интереснее наблюдать за мертвыми, которые предавались веселью и разврату. Вот она загробная жизнь грешников. И разве это наказание для вас?
Я облокотилась на перила и стала наблюдать за ними. Кто-то замечал меня – живую душу. Но ни один не осмеливался даже подойти. Мне нравилось это. Я могла смотреть на них сверху вниз, что их раздражало и злило. А я получала удовольствие от этого. Но конечно я понимала, что, если бы тебя рядом не было, они как стервятники набросились бы на меня и искромсали в мелкие клочья. Но кто мешает мне насладиться мгновением мнимой власти?
Оказывается, это очень быстро приедается. Я начинаю скучать.
Посмотреть на тебя?
Ну, смотрю. Снова ты ослепителен. Классический костюм сидит на тебе идеально. Еще и эта напускная небрежность. Даже волосы в беспорядке, не то что в прошлый раз.
На нем не было пиджака. Он отбросил его на кресло, еще до моего прихода. Белая рубашка казалась тусклой. Он закатал рукава, и мне открылись татуировки, но я все еще была слепа, чтобы рассмотреть их детально. Или это просто мое воображение нарисовало их.
Верхние пуговицы он расстегнул, но на шее все равно осталась висеть лента от бабочки. Хотя бы жилетку оставил нетронутой.
Что? Если захочу, ты ее снимешь? Не могу сдержать улыбки. Прозвучало как издевка. Нет. Ты был серьезен? Паразит…
Ты мастер соблазнения. Соглашусь. Но почему ты считаешь, что я паду к твоим ногам так же, как другие женщины? Я – не они. Не смей меня сравнивать с другими. Особенно с той.
Мы не похожи?
Мой смешок привлек внимание, но один твой взгляд заставил всех забыть про меня. Интересно.
На моем лице появляется хитрая ухмылка.
Надо же, ты и правда собственник. Вы все такие, да? Что твой Господин, что ты. Только вы можете быть свободными в выборе. Но не те, на кого упал ваш взгляд. Ну нет. Я не стану играть по таким правилам.
На этом будто наш разговор исчерпал себя. Но до конца еще было далеко. Ты так просто не отпустишь меня. Хотя меня то и дело выдирают отсюда мирские дела и хлопоты. Никак не привыкну к такому. Ты одной ногой в реальном живом мире, другой стоишь в ином мире. Как здесь все странно. Мне страшно быть тут, но в то же время нахождение здесь как наркотик. Адреналин пульсирует в венах. Каждый шаг кажется опасным. И чего уж скрывать, в ином мире я чувствую себя уязвимой. В нем нет физической оболочки к какой я привыкла в реальном мире. И научиться переключаться сложно. Другие законы, другие методы, другое все.