— Ты в порядке? — спросила она, понимая, что ему, возможно, не хотелось выходить на улицу. — Просто захотелось немного насладиться дождем. Но если что, можем зайти внутрь. Здесь действительно прохладно.
— Нет, все нормально, — Киллиан зачерпнул ложкой немного йогурта. — Я тоже люблю дождь.
— А что тебе в нем нравится больше всего?
Он задумчиво повертел ложку.
— А тебе?
— Запах. И то, что он… вдохновляет меня на творчество, помогая высвободить все фантазии. Отчасти поэтому мне сегодня захотелось потанцевать. Теперь твоя очередь.
— Больше всего мне нравится дождь… — Киллиан ткнул пальцем в ягодку, — тем, что он не знойная пустыня, где нещадно палит солнце. Полная противоположность тому… гиблому месту.
— Мне показалось, или ты собирался назвать его как-то иначе? — Сэмми глянула на его низко опущенную голову.
— Так и есть. Но его точное определение «гребаная адская дыра» сейчас показалось мне слишком грубым, — взглянув на нее, он неуверенно улыбнулся. — Тебя очень трудно отыскать.
Она слегка нахмурилась.
— О чем ты?
— Я собирался позвонить тебе насчет твоего лекарства, но потом вспомнил, что номер, который у нас есть, не работает, — прежде чем сунуть в рот ягодку, Киллиан покрутил ее в йогурте ложкой.
— А-а, ну да, — слегка смутилась Саманта. — Что?! Этот номер не фальшивый… просто давно не пользуюсь этой симкой.
— И как давно?
— М-м-м… ну, скажем год.
Он усмехнулся.
— Я так и понял. Твоя подруга Джаз дала мне твой номер, — он вытащил из кармана клочок бумаги, и она увидела свой номер, написанный размашистым витиеватым почерком Джаз. — Надеюсь, с ним все в порядке?
— Он работает. Знаешь… м-м-м… позвони мне или отправь эсэмэску, чтобы у меня тоже был твой номер. На всякий случай.
«Господи, как же давно я не общалась с парнем…»
— Твоя подруга вскользь упомянула, что у тебя был нелегкий день. Хочешь поговорить об этом?
Шумно вздохнув, Саманта зачерпнула побольше йогурта и отправила его в рот.
«Скажи ему про балет. Эта тема гораздо безопаснее повестки в суд».
— Просто… немного перенервничала. А тут еще в город приезжает моя самая любимая балетная труппа, заметь, мирового уровня, а я не смогу посмотреть их выступление.
— Почему нет?
— Боюсь, не смогу оправдать такую трату денег на что-то… легкомысленное.
— Я бы не назвал это легкомысленным.
— Ну, в сравнении с такими жизненно важными вещами, как еда или счета, так и есть. Мой бюджет весьма ограничен, понимаешь? Мне нужна своя танцевальная студия. И то, что я пропущу «Жизель», оправдается ее приобретением.
— Понятно. И все же иногда стоит делать для души что-нибудь приятное.
— Вообще-то у меня есть DVD-запись этого балета. К тому же я уже ходила на него в Нью-Йорке. Так что не будем драматизировать. Это не конец света.
«Теперь небось скажет, что именно это и имел в виду…»
— Так все дело в невозможности сходить на балет? — Киллиан поднял ладонь. — Только не подумай, будто я считаю эту причину пустяковой. Просто хочу понять: это единственное, что тебя расстроило?
— Ты о чем? — взгляд Сэмми уперся в ботинки.
«О вчерашнем вечере?..»
Его лежавшая на коленях рука непроизвольно двинулась в ее сторону.
— О вчерашнем вечере.
— Саманта! — нетерпеливый женский голос прорвался сквозь шум уличного движения, и она раздраженно вскинула голову.
Ее старшая сестра Ники, припарковавшая свою машину к бордюру тротуара, переводила хмурый взгляд с нее на Киллиана и обратно, не скрывая своего негодования.
Киллиан посмотрел на Саманту.
— Это, очевидно, твоя сестра?
— Самый громогласный человек в квартале, — вздохнула та, поднимаясь на ноги.
Он пошел за ней к машине.
— Саманта, кто это? — возмущенно выкрикнула Ники, указывая пальцем на Киллиана, но демонстративно игнорируя его.
Сэмми прижала ладонь ко лбу.
— Ники, прошу тебя, не начинай!
Большие карие глаза Ники сузились, когда ее взгляд уперся в Киллиана. Но стоило ей разглядеть его лицо, и в ее глазах вспыхнуло узнавание.
— О боже мой! Это ведь ты?! Тот парень… солдат, герой войны! Тот самый, что скоро станет участником ММА-турнира. Мой муж твой самый ярый поклонник!
— Оу, — поперхнувшись, кивнул Киллиан, а Сэмми застонала от смущения.
— Ники, пожалуйста. У него есть имя. Киллиан Ронан.
— Киллиан! Разумеется, я в курсе. Просто не знала, что моя сестренка знакома с тобой, — скользнув на пассажирское сиденье, она высунулась в окно и одарила его очаровательной улыбкой. — Сэмми ни разу не заикнулась, что у нее в друзьях местная знаменитость.
— Ники! — прошипела та. — Прошу тебя, прекрати!
— Значит, увидимся в воскресенье? — проигнорировав недовольство младшей сестры, проворковала Ники.
«О боже мой! Только не это!»
Киллиан наморщил лоб и в замешательстве взглянул на Саманту.
— А что будет в воскресенье?
Ники бросила сердитый взгляд на сестру.
— Сэмми, ты до сих пор не пригласила Киллиана на воскресный обед? Фу, как некультурно. Он все же герой войны. Да что с тобой такое?
— Черт возьми, Ники, похоже, это с тобой что-то не так, — проворчала Саманта, прижимая пальцы к вискам, и вздрогнула, когда локоть Киллиана легонько коснулся ее ребер. — Кроме того, в это воскресенье День Матери. А он очень любит свою маму. Боюсь, ему будет не до нас.
— Вообще-то моей маме мы приготовим шикарный завтрак, — его глаза весело блеснули. — Итак, приглашение еще в силе?
Саманта с изумлением уставилась на него.
— Ты… ты хочешь пойти со мной?
Он пожал плечами.
— Конечно. Почему бы не пойти? Твоя сестра будет ждать меня.
На лице Ники вновь расцвела торжествующая улыбка.
— Тебя будет ждать вся наша семья! Во всяком случае, как только я расскажу им об этом, — она погрозила пальцем. — Я не могу позволить, чтобы вокруг нашей малышки крутился случайный тип с улицы, избегающий встречи с ее родными. Без обид, парень! Неважно, в какой день ты придешь — в День Матери или в любой другой день.
— Принято.
— Отлично. Увидимся в воскресенье. Приходите голодными. Чуть позже я позволю этой милой барышне сообщить тебе все подробности.
— О, премного тебе благодарна, — Саманта закатила глаза.
— Сэмми, давай, шевели ногами, — Ники скользнула обратно на водительское сиденье. — Хорошего вечера, Киллиан, — она широко ему улыбнулась. — До встречи!
— Было приятно познакомиться, Ники, — Киллиан легонько прикоснулся к руке Саманты. — Думаю, тебе лучше идти.
— Мне очень жаль, что все так вышло. Моя семья до сих пор относится ко мне, как к несмышленышу. Они обращаются со мной, как с четырнадцатилетним подростком. Ты на самом деле не обязан приходить в воскресенье. Просто не обращай на нее внимания.
— Ты… не хочешь видеть меня на воскресном обеде?
— Я имею в виду, если хочешь, то, конечно же, приходи. Но ты не должен чувствовать себя обязанным или что-то в этом роде.
— Мне это доставит удовольствие, — безмятежно улыбнулся Киллиан.
Сэмми же с сомнением воззрилась на него.
— Ты ведь не забыл, что я итальянка? С большой и до безумия шумливой семьей? Которая превратила боллбастинг (прим. средства, вызывающие у определенного круга мужчин возбуждение в предвкушении удара в пах) в особый вид искусства. К тому же, повторюсь, я для них еще ребенок. Ты даже не представляешь, что они с тобой сделают.
— Стоп! — Киллиан загадочно ухмыльнулся. — Думаю, я смогу постоять за себя. А вот если я не приду, то тебе, боюсь, придется несладко. Твоя сестра грозилась рассказать всем, что видела нас вместе.
— О, она это обязательно сделает, можешь не сомневаться, — Саманта глянула на сестру, ожидавшую ее с явным нетерпением.
— Не беда. Просто скажешь мне где и когда. Думаю, тебе лучше пойти к ней, — Киллиан кивнул в сторону машины, — пока она не убила тебя, меня или же нас обоих.