Киллиан на мгновение застыл.
Его глаза широко раскрылись от изумления.
« Срань господня, она хочет меня поцеловать… и что мне, черт возьми, делать?»
Он уже готов был смириться, но в последнюю секунду, собрав волю в кулак, все же смог отвернуться, и ее влажные губы прижались к его щеке.
— Киллиан, — захныкала Саманта и развернула ладошкой его лицо обратно.
Теплое дыхание коснулось его губ, и ему снова потребовалась вся сила воли, чтобы не поддаться соблазну. Его пальцы обхватили запястье ее второй руки.
«Будет безопаснее, если она не сможет ко мне прикасаться».
Вот только для кого безопаснее, он бы не смог сказать.
— Сэмми. Хватит. Ты пьяна.
— Ничего подобного. Просто слегка навеселе, только и всего.
Она с легкостью высвободила свою руку, так как его пальцы слишком охотно и с неким предвкушением выпустили ее из плена. И, обхватив за шею, притянула его к себе.
Он не успел отстраниться, и их губы встретились.
— Не надо. Не так, не сейчас.
— Ты не хочешь меня поцеловать?
— Ты пьяна. Давай зайдем внутрь.
Когда Сэмми, тяжко вздохнув, повернулась к нему спиной, чтобы отпереть дверь, Киллиан, зажмурившись, задумался: а не сошел ли он с ума? Потрясающая сексуальная девушка, которая безумно ему нравилась, бросилась ему на шею и заявила, что хочет его, а он сказал ей «нет»?
Он почти передумал. Уже готов был развернуть ее и прижать к двери…
« Эй, она не нуждается в приятеле для траха. Ей нужен друг. Не будь гребаным животным. Она пьяна».
Саманта наконец-то справилась с замками, но тут дверь резко распахнулась, и она едва не ввалилась внутрь. Хорошо, что Киллиан смог удержать ее от падения, успев ухватить сзади за кардиган и, дернув на себя, подхватить за талию.
— Все хорошо. Тебе пора баиньки, — ему было не впервой укладывать пьяного в постель. Благодаря армейским приятелям у него был весьма обширный опыт. — Привет, Рокки, — кивнул он коту, который свернулся калачиком на пледе, перекинутом через спинку дивана.
В ответ Рокки широко зевнул, демонстрируя свои длинные острые клыки, а затем издал тихий писк, который Киллиан принял за приветствие.
— Хочу уложить твою мамулю в кроватку, — он завел девушку в спальню, прислонил ее к стене и повернулся к кровати, чтобы убрать с нее груду маленьких декоративных подушек. Сбросив их на пол, откинул одеяло. — Сэмми, подожди немного, ладно? Тебе нужен аспирин.
Сходив на кухню за стаканом воды, он зашел в ванную и взял из висевшего там шкафчика пузырек с ибупрофеном (прим. нестероидное средство с широким спектром показаний: обезболивающее, противовоспалительное, жаропонижающее). Достав две таблетки и подхватив стакан с водой, он на всякий случай прихватил стоявшее возле туалета маленькое ведерко.
Зайдя в спальню, он замер на пороге. Ведерко с шумом грохнулось на пол.
Сэмми стояла рядом с кроватью в одной лишь футболке и черных кружевных трусиках. Ее ботильоны и джинсы валялись у стены бесформенной кучей.
У Киллиана на мгновение перехватило дыхание.
Все здравые мысли улетучились, и он залюбовался ее растрепавшимися темными локонами и стройной фигуркой, изящно изогнувшейся оттого, что она упиралась одним коленом в кровать.
Призывно взглянув на него, Сэмми протянула к нему руку.
— Иди ко мне.
«Черт побери, нет».
Укоризненно покачав головой, Киллиан поставил стакан с таблетками на тумбочку.
— Сэмми… Я не могу. Ложись в постель, пожалуйста.
Мило улыбнувшись ему, она так соблазнительно прикусила нижнюю губу, что ему нестерпимо захотелось прикусить ее в ответ.
— Да, мы сделаем это вместе, — схватив за руку, она потянула его на себя, и его предательское, жаждущее этой близости тело охотно поддалось ей.
С трудом подавив сие влечение, Киллиан мягко сжал ее ладонь.
— Сэм, прекрати.
— Но я хочу, — захныкала она, продолжая пытаться притянуть его ближе.
— Нет, это неправильно. Ты пьяна. Так нельзя.
— Разве ты не хочешь меня? — она прижалась к нему, пытаясь снова поцеловать.
«Если бы ты только знала…»
— Сэмми, ложись спать. Давай. Ты слишком пьяна. Ты сейчас сама не понимаешь, что говоришь.
— Все я понимаю, я хочу тебя, — прошептала она ему в шею, и Киллиан, вздрогнув от пробежавшего по телу жара, едва сдержал готовое сорваться с губ проклятие.
Шумно выдохнув, он нежно провел руками по ее волосам и, обхватив ладонями ее лицо, заглянул в глаза.
— Я не позволю тебе сделать то, о чем ты потом пожалеешь. Ты мне слишком нравишься, — он обхватил ее за талию и, приподняв, опустил на кровать.
Накрыл ее одеялом и поплотнее закутал в него.
— Ты серьезно? — недовольно уставилась на него Саманта.
— Я не стану спать с тобой, пока ты в таком состоянии, — он склонился над ней и с трудом сдержал улыбку при виде пьяной ярости на ее лице.
Она попыталась сесть.
— Хочешь сказать, я недостаточно хороша для тебя?
— Нет, ты идеальна. Но я слишком тебя уважаю, чтобы согласиться на такое дерьмо.
— Да? Ну и катись к черту!
— Спокойной ночи, Сэм. Увидимся завтра. На обеде, — он повернулся к двери.
— Тебя больше не приглашают! — пролетевший над его плечом будильник с грохотом врезался в стену, а пулей вылетевший из-под ног Рокки запрыгнул на постель.
Когда Киллиан оглянулся напоследок, его взгляд прилип к шелковистым локонам, рассыпавшимся поверх прижатого к груди одеяла.
— Как скажешь, Сэм. Спокойной ночи, — он плотно закрыл за собой дверь.
Оказавшись на улице, Киллиан медленно выдохнул сквозь сжатые губы и залез на водительское сиденье пикапа. Он постарался откинуть все мысли о Сэмми, но ее образ — в кружевных трусиках, с размазанной вокруг глаз тушью и растрепанными волосами — казалось, отпечатался в его мозгу. Да еще и тело не собиралось прощать его за решение покинуть жаждущую секса девушку.
— Похоже, я заслужил медаль за чертову выдержку, — пробурчал он себе под нос.
17. Семья
Когда Саманта проснулась, ее голова буквально раскалывалась от боли. И в течение нескольких благословенных минут она ничего не помнила о предыдущем вечере. Она попыталась сесть, но виски прострелило такой адской болью, что Саманта со стоном откинулась на подушку и, прижав дрожащую ладонь ко лбу, сглотнула подступившую к горлу тошноту.
После нескольких глубоких вдохов дышать стало легче, но она продолжала лежать не двигаясь. Ей пришлось прикрыть глаза рукой, так как пробивавшиеся сквозь жалюзи солнечные лучи усиливали болезненные ощущения.
На прикроватной тумбе Сэмми заметила стакан с водой и две таблетки ибупрофена. Подробности того, как все это здесь оказалось, были нечеткими, но обезболивающее она проглотила не раздумывая. И теперь чашка крепкого черного кофе стала необходимостью.
Саманта снова села. На этот раз очень-очень медленно. Затем так же медленно свесила с кровати ноги и неуверенно встала. Она огляделась, и ее охватило чувство неправильности. Будильник, обычно стоявший на прикроватной тумбе, исчез. А на ней были лишь рабочая футболка и трусики… на этом все.
Джинсы и ботильоны, в которых она вчера работала, валялись на полу у стены.
Ее разум лихорадочно метался в попытке воссоздать события прошлой ночи, казавшиеся сейчас размытым пятном.
«Последняя смена у Клиффа. Много шотов. Много-много выпивки. Танцы до упаду. Затем… Киллиан привез меня домой…»
Туманное марево забвения рассеялось, и она в ужасе зажала рот ладонью, когда вчерашние события хлынули безудержным потоком. Она вспомнила, как несколько раз пыталась поцеловать Киллиана, пока тот практически на руках нес ее в спальню. И как поедала глазами его задницу, пока он убирал с кровати подушки.