Мне в кошмарах должны были сниться его нахальные синие глаза и презрительная ухмылочка, которая по мере развития превратилась бы в этакую зубастую драконью пасть. Эта клыкастая морда непременно была бы рыжей и извергала пламя вперемежку с высокопарными фразами, типа: «Простите мне мою неуклюжесть» или «Прошу простить мне отсутствие грации и чувства ритма»! Но кошмары не приходили, сон вообще не шел, поэтому я лежала и вспоминала прошедшее занятие, решая, смогу ли повторить этот опыт.
Понятно, что на утро спать хотелось смертельно, а погода благоволила к подобному времяпровождению. Эрик вообще прогулял, что снова не вписывалось в сложившийся о нем образ примерного парня.
-Предлагаю смотаться с последней пары к тебе домой, - предложила я Кэт и Ладе, которые совместно разрабатывали эскиз какого-то дикого наряда племени тимбукту, раскрашивая перья на голове миловидной девушки с голой грудью, прикрытой сердечками в местах сосков. – Что это вообще такое?
-Проект, - буркнула Кэт, отодвигая эскиз подальше от меня, - если бы кто-то не дрых на занятии, то услышал бы, что мы должны сдать к концу пары экзотический наряд на тематическую вечеринку.
Я перегнулась через плечо Кэт, вдохнув аромат ванили и шоколада, от которого дико захотелось чихнуть, и еще раз посмотрела на наряд, вернее, практически полное его отсутствие.
-Эм, и что за тема, к которой подойдет подобный образ? – прошептала я с искренним недоумением в голосе, - нудисты в африканских джунглях?
-Иди ты, - беззлобно ответил Кэт, отталкивая меня плечом. – Лучше подумай о том, как неуд испортит твою успеваемость и представь, как он приблизит твои шансы на отчисление.
Я фыркнула, достала эскизник и набросала пару, переплетенную руками и ногами. Девушка получилась кривоватой, одна рука явно была короче другой, а у парня на лице расплылась нелепая улыбочка и щетина закрыла пол лица, зато наряды вышли хоть куда. Черное облегающее трико и белая рубашка с рукавами-клеш подчеркивали мускулистое натренированное тело партнера, а красное открытое платье с летящей юбкой-солнцем и шнуровкой на спине подходило как раз для вечеринки в латиноамериканском стиле. Пять баллов за такое банальное творение мне никто не поставит, но на троечку потянет. Для пущей оригинальности я придумала аксессуары и пририсовала их страстной парочке, зачем-то подчеркнув, как сильно облегает выступающее мужское естество черное трико.
Лада, увидев мое творение, только похлопала ресничками, а вот Кэт высказала все, что думает об извращенной фантазии собственной подруги, ее внезапном помешательстве на кубинских танцах и мужских достоинствах.
-Тебе противопоказаны трения с красивыми представителями мужского пола, - выдала она свой вердикт, - зря я отказалась поменяться партнерами. Знаешь, Константин номер два просто душка.
-Он просто неуклюжая тушка, - поправила я Кэт, - если так сильно жаждешь обмена, я тебе его устрою.
Подруга тут же поймала меня на слове и умчалась в столовую, как только раздался звонок, а я набрала Эрика и долго слушала длинные гудки в трубке, пока не решила ехать к нему домой.
-Открывай, открывааай! – орала я под дверью, послушав мелодичную трель звонка в пятый раз. Эрик никогда бы не стал игнорировать меня так долго, зная, что я боюсь грозы. Он открыл бы даже в том случае, если бы у него был Антон, что случалось очень редко, но все-таки случалось.
-Черт, Эрик! – заорала я уже благим матом, пиная ни в чем неповинную дверь. Соседи, наверное, давно приникли к «глазкам» и держат в руках сотовые на случай непредвиденной драки, чтобы быстренько вызвать полицию и накатать жалобу.
Отчаявшись дождаться от друга ответа, я приникла лбом к деревянной поверхности и тут же свалилась в объятия Эрика, рывком распахнувшего дверь. Пахло от него таким едким перегаром, что захотелось разучиться дышать, а выглядел парень не просто больным, а чертовски покалеченным моральным и душевным недугом.
-Какого фига ты ничего мне не рассказал?! – накинулась я на парня с кулаками, пока тот, пошатываясь, брел на кухню, чтобы трясущейся рукой налить себе воды и выпить ее, клацая зубами о стеклянный край стакана. – Что происходит, Эрик? Что с тобой, черт возьми, твориться?
Друг болезненно поморщился, зашипев и схватившись за виски, а потом протопал в единственную в этой квартире спальню и упал на незастеленную кровать. Под кроватью завозился его питомец – йоркшир без клички, которого иногда звали псом, а иногда пусей, в зависимости от настроения. Несчастная собака явно просилась на улицу, и я безропотно пошла в коридор, чтобы достать ошейник, но вернулась и тоном, не вызывающим пререканий, сказала: