-О, Маш-ик-а, - извратил он мое имя, споткнувшись посередине. – Что ты тут забыла?
-А что ты тут забыл в… - я посмотрела через плечо на часы с кукушкой, которые вопреки всем законам природы еще шли, несмотря на древность и ветхость, - в полпервого ночи?
-Мне поговорить надо, сейчас! – безапелляционным тоном заявил Тошик, поправляя выбившуюся из-за пояса классических брюк стильную серебристую рубашку в мелкий рубчик. В руках он держал кожанку и, кажется, бутылку пива, скрытую рукавами.
-Вы уже поговорили недавно, так что я до сих пор Эрика привести в чувство не могу, - насупилась я сердито, отталкивая парня от двери.
-Это не я виноват! – жалобно простонал Антон, которому, видимо, было нехорошо. – Это все ваша Кэт!
Я встрепенулась при имени подруги.
Так-так! Картина начинает проясняться.
-Тихо проходишь на кухню и все мне рассказываешь! В награду получишь чашку горячего кофе и соленый огурец.
Антон усмехнулся и попытался меня обнять, но я отскочила, зажимая нос.
-Добрая ты, Машка, - прошептал парень жалостливым голосом и принялся разуваться прямо на лестничной площадке.
Я махнула рукой на приличия, втянув пьяного кавалера вовнутрь, плотно закрыла дверь и пошла варить кофе.
Чего не сделаешь ради того, чтобы узнать, наконец, правду?
Полчаса спустя (вымытый, переодетый в пижаму Эрика, с дымящейся кружкой кофе) Антон поведал мне душераздирающую историю о коварстве любимого.
-Я приехал за ним на квартиру Кэт, поднялся на этаж, а дверь открыта.
Помниться, когда мы с Ладой и Вайсом уезжали в вечер «мозгового штурма», Кэт попросила Эрика остаться и помочь ей с уборкой. Тот, как всегда по доброте душевной, согласился.
-Я зашел в коридор, а там эти двое слились в таком страстном поцелуе, что даже у меня на них встал.
Прокашлялась, краснея для приличия и тем самым намекая Антону, что лучше бы без подробностей.
-Ваша Кэт в одной юбке, а мой Эрик раздвигает ей ноги коленом и…
-Так, стоп! – подняла я руки, оглядываясь на дверь кухни. – Я все поняла, давай без продолжения.
На самом деле я поняла только то, что Кэт своего добилась, но вот какой ценой?
-Одного не пойму, почему ты отказался ехать с нами на танцы? Эрик так сильно расстроился тогда, что мог просто отпустить тормоза и поддаться влиянию Кэт. Знаешь, она бывает очень напористой. Тем более мы выпили… - пыталась я оправдать друга с тяжелой головой и еще более тяжелым сердцем. Было обидно за то, что подруга так поступила, несмотря на явную симпатию Эрика к Антону. Она всегда отрицала существование подобных связей, ненавидела и не могла принять это рядом с собой, в собственном друге, а что теперь?
Антон прервал затянувшееся молчанье тихим шепотом.
-Знаешь, я ведь сюрприз ему готовил, - произнес он, падая головой на столешницу, - хотел взять с собой на чемпионат мира по футболу.
Я выдохнула, примеряя на себя роль психолога.
Что ж, вроде неплохо смотрелось.
-Ты игнорируешь его просьбы, пропадаешь, потом появляешься, как ни в чем не бывало и снова у вас любовь до гроба. С Эриком так не получится, - уверяла я парня со знанием дела, - он только прикидывается сильным и уверенным в себе человеком, а на самом деле жаждет постоянства не только в жизни, но и в отношениях.
Антон уже спал, уронив голову на руки.
-Славно поговорили, - зевнула я в завершении разговора и пошла на диван. Пусть торчит здесь до утра в наказание за то, что не услышал моих наставлений. Я старалась, вдохновлялась, распиналась тут…
В дверь снова позвонили.
-Чтоб вас всех! Не квартира, а проходной двор. Эрик! – позвала я друга, нарушая покой спящей красавицы. – К тебе там ломятся посетители.
Парень заворочался, протянул руку к тумбочке, включил мобильник и застонал.
-Пусть катятся, - прохрипел он сонным голосом. – Ты на время смотрела?
-Я-то смотрела! А вот твои друзья явно не в курсе, что по ночам нормальные люди предпочитают спать. Иди и открывай сам, а я пока вздремну, у меня выдался нелегкий разговор.
-С кеааам? – зевнул Эрик, протирая глаза и недовольно морщась на трель звонка.
Я не собиралась говорить ему, что на кухне спит Антон, пусть будет сюрпризом для обоих. Мне смертельно хотелось спать, голова гудела, глаза закрывались.
-С собственной совестью, - пробурчала недовольно, залезая под одеяло и утыкаясь носом в подушку.
-Мммм, блаженство!