Потому что Кэт счастлива с ним, - ответила моя совесть, - потому что все думают, что мы с Константином с самого начала друг другу не понравились и до сих пор не нравимся.
В это поверила Кэт, обижаясь на меня за то, что я не признаю ее новой влюбленности. В это искренне верил Эрик, предполагая, что я ревную лучшую подругу к Константину. Того же мнения придерживались и Вайс с Ладой, правда, они знали, что парень меня обидел, вот только как, я никому не сказала и говорить не собиралась.
-Вы не представляете! – тараторила тем временем Кэт. – Сегодня вечером в латинском клубе «Южный ритм» тематическая вечеринка, и я всю ночь придумывала себе костюм, который Костик заценил бы с первого взгляда.
Она говорила шепотом, потому что занятие давно началось. Эрик по привычке строчил лекцию в тетради, зарисовывая что-то на полях, а мы, надеясь на его и Кэт старательность, как всегда халтурили. В этот раз старался только наш друг, демонстративно игнорируя «женскую болтовню», как он называл обычный утренний обмен сплетнями.
-Вы должны мне помочь! – настаивала Кэт, теребя меня и Ладу за рукава свитеров. – Я хочу быть самой красивой, чтобы Костик, наконец, проводил меня до дома и соблазнил под шум дождя!
Она демонстративно закатила глаза, подведенные черным карандашом, сложила пальчики под подбородком и тихо восторженно завизжала, суча коленками под партой, пока я покрывалась болезненной испариной.
Черт, мне такими темпами долго не продержаться, - думала я, впервые в жизни уткнувшись носом в тетрадь и строча за преподавателем лекцию, - надо что-то срочно придумать, отвлечься от мыслей о Константине, вспомнить, наконец, как я ненавижу рыжих!
Со звонком друзья пошли в библиотеку за какими-то книжками, прихватив с собой и меня. Настроение не располагало к учебе и, тем более, к чтению, поэтому я притворилась, что звонят родители и вышла на крыльцо, поглубже запахивая теплое шерстяное пальто и вдыхая осеннюю влагу дождя, как тогда, посреди леса…
Дав себе внушительного мыслительного пинка, злобно скатилась по ступенькам, направляясь в сторону остановки.
Учеба – это самое главное в жизни, но только тогда, когда голова способна воспринимать знания, а у меня она способна только эмигрировать мыслями в прошлое, причем, в конкретное прошлое, так тесно связанное с рыжеволосым Константином.
-Малая! – крикнул знакомый до боли голос, а от черного «БМВ» отделился силуэт в строгих черных брюках и длинном бежевом пальто. Смотрелся Константин сногсшибательно. – Подожди, пожалуйста!
Я вросла пятками в асфальт, надеясь, что у меня галлюцинации на фоне фрустрации. Понятия не имею, существует подобное явление или нет, но в данный момент мне хотелось, чтобы Константин стал туманным силуэтом, растаявшим с первым порывом холодного северного ветра.
-Увидимся позже, - попрощался он с собеседником, убирая знакомый мне iPhone в карман пальто. Его синие глаза настороженно и даже с каким-то испугом следили за каждым моим движением, а губы больше не улыбались, не кривились и вообще были плотно сжаты.
-Привет, - нарушила я взаимное молчание. – Чего-то хотел?
-Вообще-то, поговорить, - начал Константин неуверенно, поглядывая на здание дизайнерской школы.
-Кэт в библиотеке и в ближайшее время не появится.
Парень вздохнул, потер бровь, посмотрел на меня с сожалением и выпалил:
-Малая, прости меня за ту ночь, утро, день и вообще. Я не представляю, что на меня нашло.
Внутри медленно, но верно взрывался вулкан чувств, извергая наружу боль и отчаяние.
-И ты прости, - выдавила из себя, улыбаясь так натянуто, что заболели щеки.
Константин одернул рукава пальто, потеребил пуговицу и, наконец, ухмыльнулся знакомой чуть презрительной, чуть надменной полуулыбкой, глядя мне прямо в глаза.
-Кэт сказала, ты ненавидишь рыжих? – он ждал ответа, пока я в ужасе таращилась на него, придерживая челюсть руками.
«Ты слепой, глухой и немой?!» - хотелось крикнуть ему прямо в лицо.
Как еще назвать парня, который в упор не видит девушку, изнемогающую от желания быть с ним рядом?
-Ненавижу! – ответила с врожденным прямодушием, заряжаясь былой злобой. – И, знаешь, Костик, несмотря на ваши с Кэт отношения, друзьями нам не быть!
От меня, кажется, искры летели в стороны, потому что Константин изобразил, как обжигается, и потряс пальцами, дуя на них в притворном ужасе.
-Не драматизируй, Маша, - прервал он мою тираду, превращаясь в этакого взрослого дяденьку с кейсом в руках, - я не прошу твоей дружбы, я хочу мирных отношений.
Мечтая ударить больного на всю голову придурка тубусом, я мило улыбнулась, протягивая ладошку.