И те движения, что позволяла себе та девица, казалось, непристойные и грязные. О боже. Как же сейчас хотелось оказаться на её месте и вот так же прильнуть к его груди. Жаждать прикосновения губ к своей коже.
— Ваше вино, — голос бармена пронзил слух Марии, напугав её. Она вздрогнула, резко захлопнула зеркальце и убрала его вместе с помадой в сумку. Потерянным взглядом окинула бармена, который стоял перед ней, ожидая нового заказа или какого-то действия.
— С вами всё в порядке? — спросил он. Мария сглотнула собравшуюся в горле слюну и кивнула. Бармен ушёл обслуживать других. Мария повернула голову, наблюдая за ним. Как он молча принимает заказ у другой девушки, как его лицо остаётся сухим, без эмоций. И казалось уже то, что он сказал сейчас пару фраз уже было удивительным и непонятным.
И снова ночь прошла впустую. И уже не первый бокал вина был выпит ею. Мария кожей почувствовала, как мужчина прошел мимо нее. Сладкий голос его спутницы и смешки отозвались в ней легким волнением. Она снова сдержала порыв обернуться и посмотреть им вслед. Глубоко вздохнув, Мария достала из сумочки телефон. Два часа ночи уже давно миновали. Она открыла мессенджер и написала Игорю: «Я устала и хочу домой. Выпила вина, так что пойду пешком. Не провожай меня». Убрав телефон, Мария проверила содержимое сумочки и повесила её на плечо. Допив вино, которое тускло блестело в бокале, она поднялась со стула и медленно вышла из бара.
Игорь почувствовал вибрацию телефона и отвлекся от разговора с Шаэль. Он достал телефон из кармана джинсовой куртки и прочитал сообщение от Маши. Оставить её одну в такой поздний час казалось ему неправильным, поэтому он решил пойти за ней.
— Мне нужно идти, — сказал он, убирая телефон в карман. — Может, мы встретимся снова? Просто выпьем кофе и поговорим.
— Хорошо. — ответила с улыбкой Шаэль. — Только не в этом баре. Не хочу выглядеть в твоих глазах легкомысленной. А мой бар посещают, увы, лишь такие.
— Обычная кофейня напротив моего дома устроит? — задал он новый вопрос. — К примеру, в четверг часов так в восемь вечера?
– Меня устраивает, – сказала Шаэль, подняв руки и опершись локтями о стол. Она положила подбородок на ладони. – Значит до четверга?
— До четверга, — ответил он. Потом задумчиво добавил: — Может, встретить тебя у бара? Или дашь адрес твоего дома?
— Встретимся у бара. — ответила она, не убирая лица от ладоней. — На парковке.
— Значит, я заеду за тобой в четверг. — Он качнул головой, попрощавшись, и быстрым шагом пересёк почти пустой зал и подозвал к себе бармена. — Рассчитайте меня, пожалуйста. И вот тот столик, — он указал рукой на столик, за которым всё еще сидела Шаэль.
— Вы хотите заплатить за кофе, которое пила хозяйка заведения? — задал вопрос бармен, словно уточняя просьбу мужчины.
— Да. — достаточно твердым голосом ответил Игорь. — Просто скажите, сколько я должен заплатить, и я уйду.
— Вот ваш счет. — В разбирательство встряла Наталья, положив на стол бумажный сложенный вкладыш, в котором и лежал уже напечатанный ею чек. — Я посчитала всё, как вы просите. — И Игорь, долго не думая, заглянул во вкладыш, вынул из кошелька нужную сумму и, вложив её во вкладыш, ушел прочь. — Вот же странный человек. Заплатить за кофе, выпеченное хозяйкой заведения. — Она пожала плечами и, глубоко вздохнув, решила подойти к Шаэль.
А между тем зал уже почти полностью опустел, и Наташа могла спокойно присесть рядом с хозяйкой и протянуть уставшие ноги.
— Этот чудак оплатил твой кофе. — хихикнула девушка, развязав верёвочку, замотанную на талии, после чего поёрзала на попе, попрыгала. Всё лишь бы суметь снять с себя фартучек и при этом не подниматься снова на ноги.
— Этот чудак пригласил меня на свидание, и я теперь не знаю даже, как мне быть. — вздохнула Шаэль.
— А в чем проблема-то? — хмыкнула Наташа. — Боишься не удержаться и снова выпить его крови? Боишься его убить? Или того, что с ним может стать, если он поддастся зову твоего яда?
— Знаешь, почему мы сначала делаем разрез ногтем, а не прокусываем кожу клыками, как это делали наши предки? — Шаль приподняла руку, показав тот острый заточенный ноготь на мизинце. Казалось, он был сделан из тонкого лезвия металла, почти незаметный, но всё же отличающийся от остальных.