— Какая досада. Потерпеть поражение с первой же попытки. — Роман перевёл взгляд на брата, что, подойдя ближе, облокотился об его плечо, после чего снова вернул взгляд на окна пятого этажа, в которых только что загорелся свет. Не так далеко раздался звук двигателя машины, свидетельствующий о том, что полицейский уже проводил девушку до квартиры и уехал, оставив её одну. — Ай-яй-яй. Как же так? Ты растерял хватку, братец.
— Вовсе нет. — ответил Роман так сухо и тихо, не отводя взгляда от того окна, в котором можно было разглядеть женскую фигуру, задергивающую занавески. — Просто планы немного изменились. Видишь ли, наша малышка оказалась не обычной девицей, она из полиции, а значит, братец, эта красотка никто иная, как подсадная утка.
— О чем ты? — Ровас оторвался от плеча брата и, достав пачку сигарет из кармана, завертел её в руке.
— Я о том, что полиция вышла на бар. Хотя оно было и не мудрено, те девки, которых нашли мертвыми, не так давно посещали бар. Так сестра говорила. Так и выходит, что они решили на эту крошку выловить маньяку-убийцу. Тобишь тебя, братец.
— Ха-ха. — широко улыбнулся Ровас, покачав головой, после чего всё же достал из пачки сигарету, зажал её между зубами и прикурил. — Решил, значит, поиграть? Я только за, дружище!
— Ты можешь поступать так, как ты считаешь нужным. У нас с тобою разные понятия игры, брат. Просто давай не будем друг другу мешать. — Роман не спускал взгляда с окна. Совсем не смотрел на брата, который снова закачал головой. – Всё, что я хочу, это чтобы наша лапонька потеряла понимание реальности. Заставим её бояться и в то же время желать спасения в наших объятьях.
— Довести до сумасшествия? — подметил Ровас. — Ну это можно.
— Мне осталось сделать еще один ход перед тем, как передать эстафету тебе. — Роман наконец-то отвел взгляд от окна и обернулся на брата.
— Конечно-конечно! — Ровас махнул рукой, попрощавшись с братом, ушел. А Роман снова посмотрел на окно.
Это лишь сон.
Сняв узкое платье и чулки, Маша наконец-то облачилась в уютный мягкий халат. Сделав глубокий вдох, она почувствовала себя в безопасности. В родных стенах, надежно запертых на несколько ключей. Как же хотелось расслабиться душой и телом, смыть ночные грёзы. Маша направилась в ванную комнату, набрала теплую воду, бросила туда розовую соляную бомбочку и добавила немного ароматного масла.
Она скинула свой любимый халат и нижнее бельё, залезла в ванную и погрузилась в воду. Так нежно ласкающие тело волны и тот аромат эфирных масел. Настоящее наслаждение для души и тела. Помыться и расслабиться. Забыть обо всём случившемся там, на улице. И о том мужчине, что никак не мог покинуть её мыслей. Может, потому она нырнула под воду с головой, потрепав волосы, вынырнула и растёрла ладонями тушь по лицу.
— Как же я устала. — протянула она и, смыв как следует краску с лица, вылезла из ванной и, потянув за цепочку, открыла сливной клапан. Не вытираясь, надела на мокрое голое тело халат и, выключив свет, сначала зашла на кухню, налила из бутылки минеральной воды в стакан, выпила её залпом и, ополоснув стакан под краном, повесила бокал на крючок, приклеенный к стене. Выключив свет, перешла в комнату. Скинув с себя халат, переоделась в легкую ночную рубашку, сшитую из хлопковой ткани белого цвета. Потрепала волосы, распушив их. Выключила свет и легла на кровать, накрывшись по уши одеялом, уснула.
Легкий ветерок становился сильнее и прохладнее. Задувал в её комнату через открытую форточку, так небрежно раздувая тюль. Играется ею и швыряет из стороны в сторону, надувая парусом, что доставал своим краем до кровати. Стелился на ней, после чего медленно сползал обратно на пол.
— Ну что же ты? Драгоценная? Пустишь ли ты меня? Пусти меня. — Тихий шёпот донёсся со стороны окна, и тёмная тень проскользнула по той тюли, что снова надулась парусом и снова коснулась краем кровати.
Этого было достаточно, чтобы тень переместилась с тюли на одеяло, столь же медленно нарастая и заполоняя собою всю его поверхность, растаяв дымкой через миг.
— Впусти меня.
Одеяло медленно сползло с её тела, упало на пол.