— Стас? — прошептала Мария, не желая отпускать его из объятий, заливаясь слезами. — Это правда ты? Или это очередной кошмарный сон?
— Это я. — ответил он еле слышно. — Я не сон. Я настоящий. Малыш. — Но он отстранился от неё, заметив кровь на своих руках. — Маня? Откуда столько крови?
—Я... — Мария задрожала и отшатнулась от Стаса. Она судорожно провела рукой по шее, где виднелась длинная глубокая царапина.
— Я не понимаю, — прошептала она, глядя на свои окровавленные ладони. На ней снова была та же одежда: красная футболка, чёрная кожаная юбка и чёрные чулки, подчёркивающие стройные ноги.
— Это снова сон? Он вернётся? Он хочет забрать мою кровь, мою душу? Свести меня с ума? Запугать! Загнать в угол! — её дыхание было тяжёлым и прерывистым, она едва могла говорить. Задыхалась и билась в истерике.
Мария хотела подняться, но ноги не держали её. Она упала на колени и подползла к окну. Прижалась к холодной батарее и, сжав в кулаке футболку, её сердце бешено колотилось.
— Маш, я не сон! — Стас подбежал к ней ближе. Упал рядом на колени в желании снова прижать к себе. — Я отвез тебя домой. Ты не помнишь? В гостинице тебе стало плохо, и я отвез тебя домой. На твоей машине. Я уложил тебя на кровать, и ты уснула. — Стас как мог объяснял девушке всё, что было этой ночью. — Я остался. Я решил не уходить и не оставлять тебя одну. Я задремал в кресле. Меня разбудил твой крик.
— Стас, — простонала Мария, снова обвив его плечи руками. — Ты даже не знаешь, как мне сейчас плохо. — Она обмякла. Потеряла сознание, повиснув на его плечах.
От чего Стас обнял её сильнее и, приподняв, снова уложил на кровать. — Я вызову скорую. Потерпи, родная. — прошептал он, достав из кармана свой мобильный телефон, быстрым движением пальцев набирал номер.
Глова 4. Он или не он.
Пение птиц и яркий солнечный свет. Запах каши и кофе с молоком витал в воздухе, навевая чувство голода, тянущее живот и раздражающее урчащим звуком. Мария протерла ладонью лицо и отвернулась от окна, понимая, что находится в светлом помещении больницы. Перед нею стояла свободная больничная койка с скрученным в колбаску одеялом, лежащим на голом матрасе. Одеяло, сложенное квадратом, и стоящие треугольником две подушки. На кровати у стены, ближе к двери, лежала пожилая женщина, занятая разгадываниями кроссворда.
— Стас? — Мария чуть приподняла спину, но полностью встать не смогла. Слабость и головокружение сковывали её тело.
Молодой мужчина сидел в больничной палате, прислонившись к стене там где стояли три пустые койками. Он устроился между ними, дремал, положив голову на спинку стула, а руки скрестив на животе. Чуть слышно храпел. Когда она тихо произнесла его имя, он мгновенно проснулся, встал и встряхнул головой, прогоняя сон.
— Машунь? — улыбнулся он. Это была искренняя улыбка, возможно, впервые в его жизни. — Как ты себя чувствуешь?
Он быстро пересек комнату, подошёл к кровати и сел рядом. Мягко провёл ладонью по её волосам.
— Я в больнице? — прошептала Маша, сделав глубокий вздох и снова окинув печальным взглядом палату. — Почему?
— Ты не помнишь, что было ночью? — Стас задавал вопросы так, словно проверял девушку на слабоумие. — Что происходило, помнишь?
— Ты говоришь со мною так, словно я чокнутая. — подметила Маша, окинув его недоверчивым взглядом и слегка сжав губы. — Это что, психушка?
— Вовсе нет. — ухмыльнулся Стас. Его улыбка, что казалась сейчас Маше странной. Доброй и нежной, совсем не похожей на обычные наполненные издевкой ухмылки, которые он обычно использовал. Но сейчас он казался более живым. Более честным. — Это просто больница. Я вчера вызвал скорую. Ты не помнишь, как тебя привезли сюда, потому что была без сознания. — И тут Маша провела рукой по пластырю, поселившемуся на её шее длинной и толстой полосой. — Ты потеряла много сил и крови.
— Да. — снова вздохнула девушка. — Я помню. Но не знаю, как вышло так, что поранилась. Помню лишь те кошмары, которые мне снились. — и тут она снова подняла взгляд на Стаса, качнула слегка головой, словно в желании таким жестом подтвердить каждое сказанное ею слово. — Я, видимо, так устала от ловли маньяка, что мне он начал сниться. Снилось, как повстречала его. Снилось, как он разрезает мою шею и пьет мою кровь. — она снова качнула головой, протянула руку и сжала его пальцы своими так крепко, насколько позволяли её силы. — От того я и кричала во сне.