— Я... не знаю! Я... не помню! — девушка тряхнула головой, снова наполняясь слезами, как тогда в больнице. — Всё случилось слишком быстро. Туман возник из ниоткуда — густой, холодный, и его красные глаза. Я помню только этот ужасный взгляд и ледяные руки! — Она резко встала и закричала. — Не заставляйте меня вспоминать ту боль и страх. Его голос!
— Голос? — Алексей задал новый вопрос. Стас поднялся со стула, налил воды в стакан и протянул его девушке.
— Да… — ответила она, но в её голосе звучала неуверенность. — Этот голос. Он звучит в моей голове. — Она сильнее задрожала, в глазах читался страх. — Его голос. Он говорит мне странные вещи. Велит, что делать. И я подчиняюсь, не могу сопротивляться! — Её голос дрожал, переходил на крик. Но вдруг она резко замолчала и закрыла рот ладонями.
— Что с вами? — Стас приблизился к девушке, снова протягивая ей стакан воды.
Яна резко вскочила на ноги и воскликнула, нервно оглядываясь вокруг, словно не понимала, почему оказалась в отделении полиции:
— Что я здесь делаю? Как я здесь оказалась?
Она прижала ладонь ко рту и крепко сжала губы пальцами. Затем, не дожидаясь ответа, выбежала из помещения, пробормотав:
— Простите. Мне нужно идти!
— И что это было? — Стас вернулся на своё место, усмехнулся, выпил воду и поставил стакан между кувшином и подставкой для письменных принадлежностей.
— Девушка все рассказала. Кто-то манипулирует её сознанием, диктует, что делать, куда идти и что говорить, — пояснил старик.
— Хочешь сказать, убийца затеял с нами игру? Что он специально напал на девушку и позволил ей прийти к нам сейчас?
— Возможно, это так, — согласился Алексей, удивленный не меньше Стаса. — Но, вероятно, девушка временно вышла из-под влияния того человека. Поэтому она и решила рассказать нам все, что знает. Однако кто-то сумел вернуться в её сознание, застал врасплох и заставил замолчать.
— Что теперь делать? – Стас взглянул на часы. Стрелки готовы были сдвинуться, оповещая о конце рабочего дня.
— Сегодня отдохни и не ходи в бар, — сказал Алексей. Он понимал, что появление Стаса может только усугубить ситуацию, но желание увидеть дочь снова оказалось сильнее страха. Хотя бы мельком увидеть её лицо.
— Отдохни, выспись, — продолжил он. — Я присмотрю за Машей и этой неприятной семейкой.
Стас обрадовался решению Алексея.
— Отлично! Я с удовольствием переночую в кровати. Ты точно справишься?
— А чего там уметь-то? Пожал плечами пожилой мужчина. — Проследить, чтобы маниакального вида тип не увел какую-нибудь девушку в тёмный лес, я уж точно сумею.
— Скажешь тоже! — рассмеялся Стас. — Маниакального вида тип. — Как же нам противостоять существу, способному сильно влиять на чужое сознание?
Алексей передал Стасу коробочку с патронами из серебряного сплава.
— Я узнал, что эти существа боятся не только света и святой воды, но и серебра, — сказал он. — Эти патроны сделали специально для меня. Они ничем не отличаются от обычных, но освящены батюшкой из городка, где уже побывали вампиры.
— Я думал, серебра боятся только оборотни, — усмехнулся Стас, но всё же взял патроны и зарядил пистолет.
— Стреляй в сердце, — сказал Алексей, обматывая шею шарфом. — Но я считаю, что лучше всего было бы снести им всем головы.
Он начал надевать свои старые кроссовки, которые почти развалились.
Казалось, всё шло по плану. Алексей следил за баром, как и обещал Стасу, но не заходил внутрь. Он стоял в стороне, нервно курил и наблюдал за посетителями. Среди них он заметил существ, которые отличались от людей походкой и манерой поведения. Он знал о монстрах, обитающих в ночной тени.
В бар вошла Мария с неизвестным мужчиной. Мужчина не выглядел как человек, но и не походил на вампира. Алексей увидел Шаэль, женщину, которую никогда не сможет забыть. Также он заметил лохматого парня, который, как и в первый раз, учуял его запах, улыбнулся и посмотрел в его сторону. Алексей докурил сигарету, выбросил окурок и вошел в бар. Он наблюдал за происходящим. Мария весело болтала с новым ухажёром. Шаэль скрылась в своём кабинете. Лохматый бармен обслуживал клиентов, наполняя их бокалы. Только Наташа стояла в стороне, погружённая в свои мысли. Она смотрела на отца, и её охватывала печаль от воспоминаний. Решившись на разговор, Наташа подошла к его столику и оставила меню.