В задней комнате мастерской были бочки, тряпки, сундуки. Было тускло, свет проникал из самой мастерской, и было пыльно. Захир пошел к большому сундуку в углу. Он был почти размером с человека, черный и с железными скобами. Маг раскинул руки. Он произнес тихо и четко одно слово на кахишском:
— Дакхира.
Щелчок. Ничего не происходило мгновение, а потом крышка начала подниматься без звука. Хоть она была к этому готова, ей было не по себе. Захир отодвинул крышку, показывая, что внутри.
Лин подумала о слове для чар. Выбор был странным.
— Воспоминание?
— Это открытая дверь, — он криво улыбнулся. — Даже если мы не хотим.
Он забрался внутрь. Лин смотрела, как Захир спускается по деревянной лестнице, что вела в туннель, скрытый фальшивым дном сундука. Внизу она видела слабый намек на свет. Она обрадовалась, что была в штанах, и спустилась за ним.
По пути по горе Захир сказал:
— В столицу я хожу под другим лицом и именем. Я — музыкант. Я собираю истории со всего света, разные виды. И я слушаю. Слушаю больше, чем говорю или пою.
Они проходили кусты роз. Лин повернулась к красным. Их аромат был вздохом из мира предательства и смерти. Она вдохнула его с закрытыми глазами и сказала:
— А что еще ты делаешь?
* * *
Туннель под мастерской был чистым и в гладком камне по сторонам и на полу. Тут мог быть когда-то винный погреб. Она знала из-за Эдриена Летрелла, как расширился город за годы, сильно изменившись. Башни поднялись и пали.
Впереди был свет, что она заметила еще у лестницы. Теплое сияние ламп. Комната, куда они пришли, была почти пустой — стол, пара стульев, и на них сидели двое мужчин. Они сидели напряженно, на страже. Перед ними на столе лежала игра, но они не играли. Звуки со стороны сундука предупредили их, они смотрели на дверь с ножами в руках.
Захир бодро пожелал им хорошего утра. Их лица изменились, когда они увидели его, но они с подозрением посмотрели на Лин. Они были молодыми, крепкими, с широкими плечами. Ей не хотелось бы с ними биться.
Один осведомился:
— Новенькую привел, Харан? Без разрешения?
Захир подошел к столу, Лин поразилась дерзкой походке. Он сжимал пояс над бедрами.
— Шантар ведь не против, если я приведу леди? — он оглянулся на Лин и посмотрел на мужчин. — Мы побывали в половине мира, но ей мало. Она стала… беспокойной. Она пообещала, что если я покажу ей опасность… она наградит меня. Может, поиграет с ножом, если я все сделаю правильно. Понимаете?
Лин скрывала эмоции. Это не помогало, она сделала лицо каменным. Пока он рассказывал, что ожидать тут, он не упомянул это. Она думала, что это он придумал на ходу. Она не знала, смеяться или злиться.
Мужчины ухмылялись, не глядя на нее. Один из них сказал:
— Не знаю, Харан. Шантар хотел бы увидеть тебя, но он не в себе. За границей проблемы. Если он увидит, что ты привел ее, еще и без повязки на глазах, я не знаю, что он сделает.
Лин решила, что пора подойти к Захиру у стола. Она сняла шлир, когда они вошли в кладовую, ее волосы упали на плечи. Захир протянул руку, не оборачиваясь, она подошла и позволила ему обвить ее талию. Она хмуро смотрела на мужчин.
— Я не ябеда, — сказала она, сжала волосы Захира и потянула. Может, слишком сильно. Или нет. — Этот пищит больше меня.
— У нее акцент, — сказал один из мужчин, пытаясь не смеяться. — Она очень бледная.
— Из Эйвара, — кратко сказала она. — Харан пришел петь в мой город. А потом… я заставила его петь.
— Хорошо, — сказал мужчина. Может, он был младше, чем она подумала. — Давайте. Но потом, Харан, расскажи, как ты ее нашел. Если в Эйваре все такие, я бы посетил его.
Большая дверь с засовами вела в другую комнату. Это было убежищем. Ковры покрывали камни, подушки лежали у низких столиков. Свет мерцал в лампах на столах. Тут были мужчины, тихо общались, когда она вошла. Они посмотрели на них и продолжили свои разговоры, кроме мужчины с рыжими волосами и крупным телом.
— Козел! — он с воплем бросился на Захира. Огромные руки сжали мага. — Где ты прятался все это время? Ты привел даму? Лучше объясни все, друг. Или мне убить Самира и Кора за плохую работу?
Захир отпрянул, улыбаясь.
— Не стоит. Я сам виноват, уж очень хорошо дама меня уговаривает.
Лин посмотрела на крупного мужчину. Это был Шантар Нир. Он был грубым, но красивым, с выдающейся челюстью и сломанным носом. Его ореховые глаза пронзали. Она опасалась его.
— Гвир Нир, мы пришли попросить об услуге, — сказала она. — Харан дал мне понять, что у каждой услуги есть цена. А у меня есть возможность оплатить цену.