— Но был и другой повод, — резко сказала Лин. Она устала, горевала, но это не притупило весь ее разум. — Ты занялся запретной магией. Ты пришел туда, где было меньше тех, кто заметит. Это ведь правда?
Его лицо было странным, словно он мог вот-вот рассмеяться.
— Я не отрицаю.
— И потом ты завоевал Юсуфа Эвраяда, и он сделал тебя первым магом, — продолжила она, — и это разозлило Тарика ибн Мора.
— Это было ошибкой, — сказал он. — Тарик стал думать тогда об измене, когда Юсуф не оценил его. А мне хватило бы места второго. Но, признаюсь, я знал, как очаровать Юсуфа. Я знал, что сказать. Я был амбициозен, Лин, хотя даже сейчас не знаю, зачем. Мне было все равно, первый я или второй. Но решать было не мне. Может, все определило мое выступление на поле боя. Это важно понимать в Юсуфе Эвраяде — в Элдакаре его злило то, что он видел в нем себя. В молодости Юсуф был чувствительным, любил поэзию, не войну. Был бесполезен. Когда семью Эвраяд убили, ему пришлось побороть это в себе. Так он поднял армию и захватил Кахиши. Но ему важнее было победить себя. И то, что его старший сын и наследник был таким, каким раньше был он… было ударом для него. А потом я пришел ко двору. Я не остался в Башне в те годы. На границах постоянно были беспорядки, на севере и юге. В провинциях нужно было подавить мятежи. Я отправился в бой с людьми Юсуфа. Вскоре я вел батальон. Юсуфу это нравилось. Тарик ибн Мор хорошо сражался, но я лучше командовал. На поле боя началось наше соперничество. Дело было не в магии. А в том, кого Юсуф брал в бой. Он хотел объединить королевство. Я помогал ему с этим, и он не забыл. Даже позже, когда увидел, что мы с Элдакаром любим друг друга.
— Тебя не тревожило, что Элдакар взял королеву?
Захир был удивлен.
— Тревожило! Наоборот. Я бы навредил его положению. Король должен быть женат. И… Элдакару нужно больше, чем я могу дать. Он заслужил больше. Я нашел в нем повод быть хорошим, а еще узнал, что я недостоин. Ты знаешь его, так что понимаешь меня, — он помрачнел. — Он не заслужил произошедшее сегодня. Я не верил в слухи о Рихаб Бет-Сорр… Теперь я не знаю, чему верить. Была она заодно с Тариком или вела свою игру? Я дал Элдакару зелье, чтобы он уснул. Но скоро его придется будить. Сообщить, что мы на грани войны, — он говорил о тревогах дня, и молодой вид пропадал. Он выглядел утомленно, постарел.
— Я понимаю, почему ты хотел отстраниться от него, — сказала она. — Чтобы пощадить его, — она смотрела на его лицо. — Когда ты предложил ночь со мной, о чем ты думал?
Он не мешкал.
— Я был эгоистом, — сказал он. — Не стоило приближаться к тебе. Не стоило сближаться с Элдакаром. Не с тьмой во мне. Но, Лин, — он почти улыбался. — Я все еще рад, что ты знаешь правду. Я рад, что это знаешь именно ты.
* * *
На следующий день Лин Амаристот дали два письма. Первое принес мальчик с гавани за монетку. Второе она нашла рядом с трупом в Майдаре.
Аккуратный почерк в первом она узнала.
Лин,
Теперь ты знаешь, как она сбежала. Если я вернусь к тебе, я мертв. Я заслужил это, но не хочу этого. Я найду ее для тебя. Скажи Рианне, что мне жаль.
У нее ибис. Если бы я знал, не помог бы ей, клянусь. Я могу лишь догадываться, что это значит, с чем она связана. Я постараюсь узнать больше.
Если я могу как-то загладить вину перед всеми, я постараюсь.
Н.
Второе письмо было от Алейры Сюзен. Новости об Алмирии и грядущей войне вызвали панику на улицах столицы. И в таких случаях сразу страдали кварталы Галиции и дела галицийцев.
Когда Лин прибыла, магазин Алейры был в хаосе. Книги и бумаги валялись на полу. В комнате за магазином, где женщины встречались, на стуле обмяк труп: мужчина с кинжалом, глубоко вонзенным в грудь. Кровь вокруг него почернела.
В столе торговки Лин нашла запечатанное письмо, подписанное «Пророк». Пятна на нем были темно-коричневыми. Она открыла его.
Пришлось убить мужчину ценной алфинянской крови, так что мне нужно скрыться. Город снова настроен против галицийцев.
Я изучила пророчество. То, что я нашла, не стоит рассказывать письмом, но выбора нет.
Тень придет с севера… да. Но посмотри, Пророчица. Она придет с севера и запада. С твоей земли. Лучше предупреди Валанира Окуна. Это точно не его друзья.
Удачи и здоровья, Придворная поэтесса.
Алейра.
ГЛАВА 20
— Он мертв?
Голос во тьме. Ветер выл вне башни, а внутри воздух был влажным, пахло дождем.