— Ой! — только и ответил Саске, фыркнув и забросив в чемодан ещё пару футболок. — Где мои носки?!
— Первая дверца, нижний ящик.
— А где мой планшет?
— Утром ты относил его на кухню, чтобы посмотреть фильм за завтраком.
Саске озадаченно почесал затылок.
— Ладно, куплю новый. Неохота спускаться…
Сакура тяжело вздохнула. Вот так Саске и решал свои проблемы. Лень, нет времени или ещё какие-либо причины — лишь бы потратить деньги впустую. Благо девушка уже давно к этому привыкла.
— Сакура, а где телефон?
— В кармане твоих джинс, — спокойно отвечала Харуно.
— Ах, точно… — пробормотал он. — А где моя рубашка?
— Вчера ты её изляпал в суши-баре, поэтому она в стирке. Надень свою чёрную футболку с кофтой. Либо толстовку.
— Я хочу рубашку!
Ну вот… Опять начались капризы. Девушке всё же пришлось подняться с места. Хотя она была рада отвлечься от работы, из-за которой у неё голова шла кругом. Сакура добралась до шкафа и с верхней полки достала ещё упакованную, совсем новую рубашку.
— А где та, вчерашняя рубашка?
— Саске, ты испачкал её! — снова напомнила Сакура. — Нужно было аккуратнее жевать. Или, например, надеть что-нибудь другое, — с этими словами она распаковала новую вещь.
Саске снова погрузился в мир своих тряпок и шмоток, а Сакура засела за работу. Учиха застегнул чемодан, поставил его возле кровати и посмотрел на часы. Облегчённый вздох и лёгкая улыбка. У парня оставались ещё лишние пять минут, которые он целиком и полностью решил посвятить Сакуре. Та в свою очередь пыталась сосредоточиться, но ничего путного опять-таки не получалось. Думай не думай, а, если тему не знаешь, в любом случае неудачи будут преследовать по пятам. Сакура фыркнула и негромко ударила кулачком по столу.
Учиха медленно подошёл к девушке, подхватил её сорок с лишним, сам плюхнулся на стул и усадил девушку себе на колени. Харуно даже глазом не моргнула: Саске частенько так делал, потому что «лень другой стул тащить». Брюнет склонил голову над ватманом, протёртым стёркой до дыр, и усмехнулся.
— Зачем ты так зверски издеваешься над бумагой? — хохотнул Саске.
Сакура обвила его шею руками, откинула карандаш в сторону и с нотками разочарования проговорила:
— Я ничего не понимаю! Это адский чертёж! А ведь у меня ещё и задачи на очереди! — и Сакура ткнула пальцем в сторону задачника по физике.
Саске с любопытством сначала взглянул на недостроенный чертёж, а затем и на сборник. Несколько долгих секунд он размышлял над прочитанным, состряпав серьёзную, сосредоточенную мордашку, а затем просиял:
— Это ж проще простого!
Сакура изогнула бровь, запуская длинные пальцы в уложенные волосы, и поддалась вперёд:
— Шутишь?!
— Ну, так это тебе не в тапки срать!
Харуно засмеялась, слегка хлопнув по плечу своего незадачливого парня. Тот улыбнулся.
— Так ты серьёзно знаешь, что делать? Или просто придуряешься?
Саске внимательно взглянул на свою девушку и захлопал длинными ресницами.
— Думаешь, что если мы с Итачи богатенькие, значит, обязательно тупые?
— Ну… — Сакура пожала плечами.
Брюнет обиженно фыркнул.
— В отличие от тебя мы уже давно закончили университеты. И вообще я так-то знаю в совершенстве пять языков, имею учёную степень в химии и неплохо разбираюсь в истории…
— Когда отменили крепостное право в России? — последовал мгновенный вопрос. Эдакая проверка знаний.
— По юлианскому календарю — 19 февраля 1861 года.
— Гражданская война в США?
— С 1861 по 1865 годов между соединением 20 нерабовладельческих штатов и 4 рабовладельческих штатов Севера с 11 рабовладельческими штатами Юга.
— Ладно, — не унималась девушка. — Что такое протон?
— Ты меня за неуча считаешь? — Саске надул губы. — Элементарная частица с зарядом +1.
Сакура улыбнулась.
— Ты ведь понимаешь, что это лёгкие вопросы?
— У меня нет на них времени, — обиженно проговорил брюнет. — Работа не ждёт.
Саске встал и поднял следом за собой девушку. Сакура взяла с прикроватной тумбочки чёрный галстук и накинула его на шею Учихи. Её ловкие пальчики уже вязали узел.
— Раз вы такие умные, то почему я ни разу не видела вас занятыми наукой? — не отставала Сакура.
— Может, мы и получили хорошее образование, но родители в своё время не позволили нам зарыться в науке.
— А сейчас?
— А сейчас уже поздно…
— Почему не позволили? — допытывалась Харуно, перекинув один конец галстука в образовавшуюся петлю.
— Потому что мы Учихи, а у Учих другое предназначение, — с прискорбием ответил парень. — Когда-то я всерьёз хотел связать свою жизнь с химией… Даже отправил документы в Оксфорд, чтобы получить докторскую, а затем смотаться на какую-нибудь научную базу и жить припеваючи. Я, кстати, был принят на следующий же день… Вот только ворвался отец и разрушил мои мечты.
— Оу… Ты не рассказывал мне об этом…
— Потому что это ерунда.
— Это ведь для тебя важно…
— Тогда было важно. Сейчас уже нет.
Сакура закончила возиться с галстуком, поправила воротнички рубашки и внимательно посмотрела в чёрные глаза.
— Почему? Перегорел?
Саске схватился за ручку чемодана, нахмурил брови и задумчиво протянул:
— Да, наверное, перегорел…
— И не хочешь снова попробовать?
Брюнет усмехнулся:
— А что пробовать-то? Мне сейчас уже не до этого…
Сакура понурила голову.
— Эй, — Учиха потрепал девушку по голове. — Да какая вообще разница, если ты рядом? Всё отлично, а когда я вернусь через недельку, то вообще будет замечательно. Выше нос!
— Да… Всего на недельку…
Девушка совсем приуныла. Мало того, что с учёбой не заладилось, так ещё и Саске уезжает на пару-тройку дней по каким-то там делам, которые «поручил ему Итачи». О подробностях Сакура не знала ровным счётом ничего. Впрочем, дурнушка привыкла к тому, что работа любимых братьев — не её дело.
— Сакура, ну ты чего? — улыбнулся Саске. — Я ненадолго же уезжаю.
Сакура кивнула.
— Слушай, — снова начал он, — пока меня не будет, потусуйся с Итачи. Пусть он тебя подтянет с учёбой. Если честно, — с неохотой признался Саске, — мой братец будет поумнее меня. Он ас и в физике, и в этих твоих чертежах, а некоторое время серьёзно увлекался астрофизикой… Короче, обратись за помощью к нему. Я, скорее, гуманитарий, чем технарь…
— Он же в отъезде? — не поняла девушка, перебив парня.
— Он приехал сегодня ночью.
С этими словами Саске взглянул на свои часы и тяжело вздохнул. Времени на «милости-пряности» совсем не осталось. Девушка взяла одну его свободную руку в свои ладошки и крепко сжала.
— Будь осторожен, хорошо? — тихо попросила Харуно, устремив свои большие зелёные глазища на преспокойное лицо Учихи.
— Хорошо, — твёрдо ответил брюнет, натянув лёгкую безмятежную улыбку.
Всё-таки он заметно повзрослел за последние два года. Перестал дурачиться, как глупое дитя, искать себе приключения на задницу, и, как следствие, закончилась эпоха получения шишек от старшего братца.
— Обещай!
— Обещаю.
— Обещай, что не посадишь ни одного синяка на своё тело!
— Дурнушка, не беспокойся. Я вернусь в целости и сохранности, — Саске нагнулся и поцеловал возлюбленную в лоб. — Я тебя люблю.
— И я тебя.
Сакура залилась румянцем, засмущалась, как первоклашка. Она тенью последовала за брюнетом, который, подхватив свои пожитки, мчался по лестнице вниз. Харуно заодно захватила с собой пенал, учебники и ватман (чтобы потом без толку не бегать по лестнице вверх-вниз) и поспешила вслед за своим молодым человеком, не поспевая за горе-легкоатлетом даже вприпрыжку. Она проводила его до самых дверей, пожелала удачи и помахала на прощание ручкой. Несколько минут Харуно стояла возле окна, с тревогой провожая взглядом Саске, а затем тяжело вздохнула.
Сакуре никогда не нравилось провожать братьев куда-то на долгое время. По правде говоря, сердечный приступ подступал к ней со спины, даже если один из них задерживался в магазине на лишние пять минут. Зная, каким «промыслом» занимаются Учихи, и каждой клеточкой своего тела осознавая важность их ролей в своей жизни, девушка сходила с ума от любых мимолетных мыслей о вполне реальных перспективах похоронить одного из них. Трудно представить, каким было её волнение в минуту расставания с Саске, а уж о панике, коей она придавалась, когда месяцем ранее прощалась с Итачи, и говорить страшно.