Ольга почувствовала, как щёки вспыхнули огнём.
— Лиз!
— Что «Лиз»? — подруга изобразила невинное удивление. — Мы же взрослые люди, можем обсудить взрослые темы. Ну так что?
Ольга отвела взгляд, нервно теребя край сумки. Воспоминание о том утре в ванной всплыло с болезненной ясностью — как она замерла, как всё испортила…
— Почти было, — тихо призналась она. — Но я… сорвалась. Воспоминания накрыли, и я всё испортила.
Лиза замерла — и в тот же миг жёсткие черты её лица смягчились, словно подтаял лёд.
— Оль…
— Он был таким понимающим, — продолжала Ольга, не поднимая глаз. — Не злился, не обижался. Просто был рядом. Но я всё равно чувствую себя… сломанной.
— Эй! — Лиза резко развернула её к себе, твёрдо взяв за плечи. — Ты не сломанная. Ты — исцеляющаяся. Это совершенно разные вещи. И знаешь что? — в её взгляде зажёгся тот самый решительный огонь, знакомый Ольге с детства. — Так дело не пойдёт. Надо исправлять ситуацию.
— Как? — Ольга недоумённо моргнула, пытаясь уловить ход её мыслей.
Лиза расплылась в широкой улыбке — той самой, что всегда знаменовала начало какого-нибудь безумного приключения.
— Пошли со мной.
Не дожидаясь ответа, она схватила Ольгу за руку и решительно потянула сквозь пестрый водоворот торгового центра. Спустя минуту они замерли перед элегантной витриной с золотыми буквами на тёмном стекле: «La Perla. Эксклюзивное нижнее бельё».
Ольга застыла, словно наткнувшись на невидимую стену.
— Лиз, ты серьёзно?
— Абсолютно, — невозмутимо кивнула Лиза, толкая дверь. — Считай это восстановлением упущенных возможностей. Второй шанс выпадает нечасто, зая, так что используем его по полной!
Внутри бутик напоминал будуар из старинного французского фильма: мягкий рассеянный свет, зеркала в золочёных рамах, изящные манекены, облачённые в роскошное бельё. Ольга растерянно озиралась, чувствуя себя чужой в этом мире изысканной чувственности.
Лиза же, напротив, ощущала себя как рыба в воде. Она уже деловито перебирала вешалки, вытаскивая один комплект за другим.
— Смотри, вот это, — она подняла кружевной чёрный бюстгальтер с трусиками. — Классика. Беспроигрышный вариант.
Ольга покраснела ещё сильнее:
— Это слишком…
— Слишком что? Сексуально? — Лиза фыркнула с лёгким пренебрежением. — Оль, в этом вся суть. Хотя, если хочешь что-то поскромнее… — Она отложила чёрный комплект и извлекла другой, — вот, смотри. Нежно-розовый, кружево, но без намёка на вульгарность. Элегантно.
Ольга нерешительно коснулась ткани. Действительно, красиво. Нежность материала таила в себе едва уловимый, но волнующий намёк на что-то большее.
— А вот это вообще огонь! — Лиза с торжествующим видом извлекла ярко-красный корсет с подвязками. — Представляешь, заходишь к нему в таком, и…
— Лиз, нет! — Ольга не сдержалась и прыснула со смеху, впервые за весь разговор рассмеявшись.
— Ладно, ладно, — подруга отложила корсет с наигранной обидой. — Но вот это… — её пальцы ловко выудили комплект цвета слоновой кости, — настоящее произведение искусства. Романтично, сексуально и ни капли перебора.
Следующие полчаса превратились в весёлый ритуал выбора: они перебирали комплекты, а Лиза щедро сыпала комментариями, не уставая шутить:
— Вот это — для ролевых игр. Допустим, ты — медсестра, он — пациент… Хотя, зная Андрея, он скорее сам возьмёт на себя роль спасателя, а ты будешь той самой принцессой на байке, которую нужно выручать…
Ольга смеялась, чувствуя, как сковывавшее её напряжение тает без следа. Это было так по-девичьи легко, немного глупо — и так необходимо после всех тревог и сомнений.
В конце концов она остановила выбор на комплекте нежно-персикового оттенка: кружевной бюстгальтер с мягкими чашечками и изящные трусики с тонкими боковыми бретельками. В нём сочеталось всё, что ей было нужно: лёгкая чувственность без откровенности, элегантность с едва уловимым обещанием.
Они направились к кассе. Лиза уже потянулась к кошельку, но Ольга мягко остановила её:
— Нет, я сама.
— Оль, я приглашаю…
— Лиз, я хочу сама, — твёрдо повторила Ольга.
Она достала карту и протянула её кассиру — молодой девушке с безупречным макияжем. Та провела картой через терминал, слегка нахмурилась и повторила попытку.
— Простите, — наконец произнесла она с вежливой, но неловкой улыбкой. — Карта заблокирована.
Ольга замерла. Слова девушки эхом отдавались в голове: «Заблокирована. Заблокирована. Заблокирована».