— Садись, садись, пока не остыло, — заторопила мать, разливая по кружкам крепкий, тёмный чай из большого заварника. Она внимательно следила, как дочь осторожно, будто боясь расплескать, подносит ложку ко рту.
Они ели в тишине, нарушаемой лишь размеренным тиканьем часов и отдалённым гулом трамвая за окном. Сначала Ольга ела машинально, но вскоре насыщенный, родной вкус бульона, знакомый с детства, разбудил в ней настоящий голод. Она съела всё до последней ложки и даже попросила добавки каши. Мама сияла, наблюдая за ней, и её лицо понемногу разгладилось.
— Вот и хорошо, подкрепилась, — с одобрением произнесла она, доливая Ольге ещё чаю. — Теперь можешь заниматься делами. Только не трать силы понапрасну. Помни: ты теперь отвечаешь не только за себя.
После обеда Ольга настояла на том, чтобы помочь маме убрать со стола, несмотря на её тихие протесты. Мытьё тарелок, споласкивание ложек, протирание стола, эти простые действия позволили ненадолго отвлечься от гнетущих мыслей. Затем она переоделась в более официальную, но удобную одежду для встречи: тёмные джинсы, простую белую блузку и длинный кардиган. Взглянув в зеркало в прихожей, поправила прядь волос. Да, она всё ещё выглядела уставшей, под глазами залегли тени, но уже не казалась такой потерянной и испуганной. Взгляд стал твёрже, яснее.
— Я поеду, мам, — сказала Ольга, надевая лёгкое пальто.
— Позвони, как выйдешь от него, — попросила мать, аккуратно поправляя ей воротник. — И будь осторожна. Если почувствуешь себя плохо — сразу звони. Я вызову такси и приеду.
— Хорошо, — Ольга обняла её, — Спасибо за всё.
Перед выходом она на мгновение замерла у окна в гостиной, устремив взгляд на город за стеклом. В голове вихрем кружились вопросы:
Что именно нашли юристы? Какие документы? О каких фирмах идёт речь?
Она глубоко вздохнула, положив ладонь на ещё плоский живот.
«Держись, малыш. Мы справимся. Обещаю».
Офис юридической фирмы разместился в ультрасовременном бизнес-центре, царство стекла, металла и холодного полированного мрамора. Переступив порог просторного холла, залитого искусственным светом, Ольга сразу привлекла внимание администратора, девушки с безупречной, но безжизненной улыбкой.
— Добрый день. К кому вы?
— К Игорю Петровичу Самойлову. Я Ольга Михайлова…
— Проходите, пожалуйста. Седьмой этаж, кабинет 704. Лифт справа.
Лифт поднялся плавно, почти бесшумно. Седьмой этаж встретил её приглушённой музыкой, тишиной и тонким ароматом свежесваренного кофе, доносившимся откуда-то из глубины коридора. Ольга прошла по мягкому ковровому покрытию и отыскала нужную дверь. На табличке значилось: «Самойлов И. П.».
Она постучала.
— Войдите.
Толкая тяжёлую дверь, Ольга переступила порог просторного, строго оформленного кабинета. За массивным дубовым столом восседал мужчина лет пятидесяти: седоватые, аккуратно подстриженные волосы, безупречный тёмный костюм, проницательный, оценивающий взгляд за стёклами очков в тонкой металлической оправе. Он поднялся, протягивая руку:
— Ольга Николаевна, здравствуйте. Игорь Петрович. Присаживайтесь, пожалуйста.
Рукопожатие оказалось крепким, уверенным, лаконичным. Ольга опустилась в глубокое кожаное кресло напротив, изо всех сил стараясь держать спину прямо и не выдать внутреннюю дрожь.
Игорь Петрович вернулся за стол, раскрыл толстую папку с документами.
— Благодарю, что нашли время приехать оперативно. То, что мы обнаружили, требует безотлагательного обсуждения, — он выложил перед собой несколько распечатанных листов. — В рамках подготовки к процессу мы провели стандартную проверку обоих супругов через ЕГРЮЛ — единый государственный реестр юридических лиц. И выявили кое-что… крайне неожиданное.
Ольга невольно напряглась, пальцы впились в подлокотники кресла.
— Что именно?
— Вы числитесь единственным учредителем и генеральным директором трёх компаний, — он выдержал паузу, позволяя каждому слову осесть в её сознании. — ООО «Аквилон Трейд», ООО «Нордстар Логистик», ООО «Паритет Консалт». Слышали что-нибудь о них?
Ольга моргнула, лихорадочно пытаясь ухватиться хоть за какое-то воспоминание. Названия звучали абсолютно чуждо, не пробуждая ни малейшей ассоциации.
— Нет. Никогда. Впервые слышу эти наименования.
— Вы не подписывали никаких учредительных документов? Доверенностей на управление?