Чешуя днем превращается в хвост, и она теперь неотделима от меня даже ночью, просто положение свое и форму меняет по желанию. Теперь никто не сможет раздеть меня без моего согласия. Хоть за это я готова сказать «спасибо» демону. Но прямо сейчас я хочу быть обнажена. Рядом с ним. Лишь с Винсентом я хочу близости сама. А хочет ли он?
Я спросить того не успеваю. Он первым преодолевает себя и резко дергает меня на себя. Он пьян? Возможно. Я и сама не в себе от недавних известий. Я первой обрушиваюсь на его рот, и он отвечает мне с не меньшей агрессией. Сминает, кусает мои губы, срывая с них слабые стоны. Я хочу испытать блаженство в мужских руках хотя бы еще раз, перед тем, как мой разум превратится в безвольный рыбий жир. Я хочу жить эти дни, как не жила все эти годы. На полную катушку, испытывая все грани радости, что доступны человеку. И пусть меня осудят, но чувства – это все, что у меня осталось. Я не принадлежу себе, как раньше думала, а через месяц от меня и вовсе ничего не останется. Так почему бы и нет? Влюбиться хоть раз! Вознестись на небеса с самым близким человеком в этом безумном мире. Вручить ему без оглядки свое сердце, раз душа уже в залоге у демона…
- Ты не задобришь меня этим… - Хрипло говорит он в мои губы, не имея сил оторваться от меня, как и я от него. – Ты все еще номер один в моем списке подозреваемых…
- Да… - Соглашаюсь я на все что угодно, только бы он закончил с болтовней. Чтобы уже переступил через невидимую преграду, что разделяет нас.
Я дергаю его рубашку на груди, и пуговицы разлетаются в песок, чтобы там и остаться. Наконец, я ощущаю его под своими пальцами. Как долго я думала об этом, плавая на головокружительной глубине длинными днями. Его кожа горячая, как уголь, но гладкая и твердая, как сталь. Я тут же припадаю к ней губами, ощущая приятную солоноватость и терпкость мужского тела. Удовольствие затмевает мне разум, когда Винс зарывается в мои кудри руками и все чаще и тяжелее дышит. Я спускаюсь ниже, когда как моя жажда только растет. Я не помнила, когда кого-то хотела так же сильно. Но когда я хватаюсь за пряжку его брюк, он вдруг резко вздергивает меня вверх. Я протестующее хнычу, но он снова затыкает мне рот поцелуем таким горячим, что я моментально перестаю жаловаться. Пространство вокруг нас трещит неутоленными искрами желания. Я уже готова на все, но он нехотя отстраняет меня.
- Что… нет, вернись… - Тянусь я, как в тумане, к его губам.
- Чтобы ты и меня также развеяла по ветру? – С глухим смешком отзывается он, лаская подушечками пальцев мои губы.
Мне приятно и больно одновременно. Я хочу вернуться к поцелуям, а не к пустым разговорам. Я не хочу просто так тратить свое драгоценное время, которого осталось чертовски мало.
- Нет, только с рассветом… - Выдохнула я, перебирая губами от его скулы к щеке и подбородку.
- Как ты это делаешь? – Снова спрашивает он, и я понимаю, что он остывает, но я все еще не готова к передышке.
- Я не знаю… не знаю. Это просто происходит и все… - Я обхватываю свои плечи руками, потому что без его тепла мне становится холодно. Я делаю шаг назад и вижу, как быстро успокоился он, не то что я. Будто для него близость со мной была запланирована, чтобы легче разговорить. Мерзавец! - Это допрос? – Огрызаюсь я. – Может то был диктофон у тебя в кармане, а не возбуждение?
Я злюсь, а он только ухмыляется.
- Боишься? – Спрашивает он, вздернув смоляную бровь.
- Тебя? Нет. – Честно отвечаю я. Мне уже ничего не страшно.
- Почему? Может я начал сбор улик в вашем логове. – Он склонил голову набок, глядя на меня изучающее. Будто на микроб через микроскоп.