Я поначалу не знала, что скажу, пока длились бесконечные гудки. Но на том конце провода никто не ответил, и звонок переключился в режим автоответчика. И я поняла, что так будет лучше. Я смогу все сказать в пустоту, записать свой голос для нее. Иначе мне просто не удастся произнести тех слов, что я храню в сердце все эти годы. Слезы мне не дадут. И бесконечная вина.
- Привет, мамочка. Это я, Франческа… Прости, что не смогла заговорить утром. Знаю, всех слов не хватит, чтобы выразить то, как жаль мне содеянного. Ведь папа из-за меня… Это все моя вина. Да, я была плохой дочерью. Несдержанной. Избалованной. Принимая ваше внимание и любовь, как само собой разумеющееся. Я не знала, что все в этой жизни надо заслужить. Теперь знаю. Знаю и то, что мне нет прощенья, мама. Я забрала у тебя все, не дав ничего взамен. Я сожалею. Безмерно. Прости меня, мама. Не знаю, хотела бы ты принять меня обратно. Твою заплутавшую в этой жизни дочь, но то было бы для меня счастьем. Это, и знание того, что ты жива, здорова и счастлива. Я хотела бы все исправить, мама, и прожить бы свою жизнь заново, вовсе не так, как я ее прожила. Если бы мне только было это позволено… И в новой жизни я бы никогда не покинула вас. Но жизнь одна, и что бы не говорили, не нам выбирать, как ее прожить. Иногда обстоятельства сильнее. Я не смогла бы сказать всего этого, находясь напротив тебя сейчас, или если бы ты сняла трубку. Это очень тяжело, признавать свои ошибки и искренне раскаиваться в них. Я не знаю… сколько мне еще отмерено, но хочу чтобы ты знала. Я люблю тебя, не переставала все эти годы думать о тебе… Ты всегда была для меня домом, убежищем от всех невзгод мира, но раньше я этого не понимала и не ценила. Прости, что подвела тебя, подвела нашу семью… Люблю тебя…
Боясь завыть в голос, я поспешно нажала на отбой, а потом и вовсе выключила телефон. Знаю, она будет звонить. Но что бы я сказала ей? «Мама, я не вернусь, потому что стала русалкой, и жить мне осталось меньше месяца!» Не могу я так…
Рядом зашевелился Винсент, обрывая мои мысли. Он приоткрыл один глаз, следя, как малиновый солнечный шар клонится к горизонту.
- Я заснул, и ты не растолкала меня? – Нахмурился он. – И не уплыла?
- А кто бы тебя отбуксировал домой? – Фыркнула я, утирая тыльной стороной ладони мокрую от слезы щеку и забрасывая телефон обратно в корзину.
- Я бы лучше остался здесь на всю ночь. С тобой. – Серьезно произнес он, я не уловила и капли хмеля в его взгляде. И пил ли он вообще?
Мое сердце предательски екнуло в обоюдном с ним желании. Я бы согласилась на все, что он бы не пожелал. Но мои обязанности звали меня на твердую землю. И я не должна вызвать подозрений у своего хозяина и подставить Винса. Хватит с меня ошибок в этой жизни.
– Когда-нибудь, мечтатель, так и будет. А пока нам обоим нужен перерыв. К тому же скоро это место скроется под водой с приливом… - Я провела рукой по его волосам. Давно хотела это сделать. Колючие и в то же время шелковистые. Он - сплошное противоречие. За это и люблю. – Прости, меня ждет работа, которую я не имею права «прогулять».
- Когда-нибудь… ты забудешь туда дорогу. – Жестко ответил он, поймав мою ладонь и поцеловав запястье. Я не могла ему сознаться и просто кивнула.
Да, когда-нибудь…
ГЛАВА 9
Джерико опять начал присутствовать на моих выступлениях. Не открыто, но он следил за мной из кабинета Мигеля. Я ощущала его мерзкий пристальный взгляд сквозь аквариум владельца клуба. Будто он уже примерял на меня образ своей вечной безвольной рабы. Но я не подавала виду, что что-то знаю. Я шире улыбалась, когда как мое сердце заходилось в немом крике о помощи. Может я и смирилась со своей участью, но это не мешало мне скорбеть по уходящей жизни. А я так хотела жить! Безумно! Без оглядки и сожалений! Мне чертовски было мало времени, отведенного последними неделями.
Отрабатывая ночью, я днями окуналась в объятия Винса, как в волны. Наш бурный внезапный роман преступницы из морских глубин и человеческого законника набирал обороты и переходил на новый собственнический режим. Мы не могли насытиться друг другом. Но он больше не приходил ночью в клуб. Ревность съедала не только его, меня тоже. Да, знаю, так было легче нам обоим, мне работать, ему – не видеть, как меня лапают другие, но в это время мне его безумно не хватало. Он заменил мне воздух. Я была безумно ему благодарна, что он «закрывал» глаза на мои предрассветные ритуалы, за что я любила его еще больше и тянулась к нему, как к солнцу. Он понимал, что за невыполнение своих обязательств перед демоном я буду страдать, и не хотел этого, так же как и я. Он, конечно, злился безмерно, что не мог вмешаться, но уже разговоров о тюрьме между нами не было. Порой я ловила на себе его задумчивый взгляд, но о его природе я почему-то не решалась спрашивать. Винс был со мной. День за днем. И за это спасибо.