— Что ты там бормочешь? — неожиданно раздался заинтересованный голос у меня за спиной. Он подошёл совершенно бесшумно и, склонившись над письменами, добавил: — Ты что, понимаешь язык богов?
Я подняла голову, чтобы понять, шутит ли мужчина или говорит серьёзно.
Однако выражение его лица оставалось неразгаданным: то ли ошеломлён, то ли размышляет, в какой психушке мне самое место.
— Какой язык богов?! Я просто… увлекаюсь мёртвыми языками наших прошлых цивилизации, — пробормотала я, пряча пылающие щеки за прядями волос, будто это могло скрыть моё смущение.
— Ладно, об этом потом, — отмахнулся он, явно не придавая значения моему ответу. — Сейчас важно понять, как запустить первое испытание. Осматривайся, ищи что-то подозрительное: рычаг, кнопку или что угодно… — с этими словами волк ловко спрыгнул с подиума и принялся внимательно изучать помещение.
Упоминание о "первом испытании" зажгло во мне любопытство. Если это загадки — тогда я точно на своём месте. Внимательно оглядевшись, я тихо присвистнула.
Помещение оказалось круглым, выполненным из серого камня, с десятком тёмных проходов. Лабиринт словно был погребён под плотной, почти осязаемой тьмой. Мы что, свалились сверху?
Из трещин в полу и стенах пробивался слабый свет, создавая впечатление, будто где-то в глубине камня запечатана звезда.
На мгновение мне показалось, что это гробница. О, сколько фильмов о расхитителях древних захоронений я пересмотрела! Неужели теперь сама оказалась в такой?
Глава 8
Откуда-то раздался подозрительный щелчок. Звук разнесся эхом по лабиринту, и тут же всё пришло в движение.
Я с визгом отпрянула от каменной стены и, неосознанно, спряталась за волком.
— Кажется, нам на что-то пытаются намекнуть! — Я чуть язык от страха себе не прикусила.
— Думаешь? — слишком спокойно уточнил волк.
Шум стих, и вместе с этим стало темно как в бездне.
Кажется, резкая перемена обстановки, опять смутила только меня. Мужчина продолжил к чему-то прислушиваться и со мной делиться своими мыслями не спешил.
— Шарх! — раздражённо рыкнул он в полной тишине.
Я вздрогнула от неожиданности, но вместе с тем ощутила необъяснимый азарт. Горячая рука мужчины коснулась моей кожи. Кажется, даже у владыки всех оборотней нервы не выдержали.
— Не стой столбом! — резко приказал он и грубо дёрнул меня в сторону.
В том месте, где я только что стояла, появилась чёрная воронка, засасывая все вокруг. Еще секунда — и меня бы затянуло в неизвестность.
Порадовалась своему везению и заодно восхитилась реакцией двуликого.
Волк заботится обо мне? Странно.
— Великий Архонт мира двуликих… — раздался голос отовсюду, старый, словно ему было не меньше миллиона лет.
Пока я пыталась взять верх над своим страхом, голос продолжил инструктировать игроков.
— Добро пожаловать на юбилейный турнир сильнейших! Ваш мир будет наблюдать за испытаниями двуликих! Каждый участник должен подтвердить свою силу, ловкость, а также хитрость, которая позволит ему безоговорочно и единолично править следующие сто лет! Ознакомьтесь с правилами игры.
А затем в воздухе начали появляться огненные символы, складывающиеся в понятный мне текст.
Я в полном шоке, читала и не верила в какую передрягу угодила по своей тупости.
— Что значит: "Жизнь вашего спутника не влияет на результаты игры"? — спросила я.
Будто речь шла о хомяке, а не о человеке.
— Ах, моя дорогая фиктивная фаворитка, это означает, что если вдруг на тебя свалится камень до того, как мы выберемся из лабиринта, никто особо горевать не станет, — с явной скукой пояснил белобрысый мерзавец.
— Ах вы! — у меня просто не нашлось слов на такое пренебрежительное отношение к людям.
Я — разменная монета? Стало обидно, даже азарт приключения улетучился. Пусть сам справляется, как может! Помогать не буду и переводить иероглифы тоже!
Села на холодный пол и скрестила ноги по-турецки.
— А знаешь, так даже лучше! Лейна, конечно, великолепна, но вот в смертельной ловушке я бы с ней оказаться не хотел, — протянул он, даже не заметив моего демонстративного молчания. Казалось, мужчина и вовсе забыл обо мне, полностью сосредоточившись на задании. — Даже не спросишь, что предстоит сделать? — опять вспомнил обо мне рогатый.
В кромешной темноте его низкий голос ощущался, как бархат по голой коже.
— Вставай, давай, и перестань дуться! Тебя никто не заставлял проникать в мой дом!