— Д-да… Н-но… — почему-то замотала головой, не в силах оторвать взгляд от того, как лабиринт перестраивался, а ярко-жёлтые символы с каждой секундой удалялись от нас.
Я не слишком доверяла своей интуиции, но сейчас меня пробрало до костей. Каждой клеточкой я чувствовала: в этих иероглифах спрятан наш выход.
Рука на талии стала тяжелее. От волка исходил жар и напряжение. Похоже, он тоже понял, что в убегающих от нас символах — спасение. Или просто поверил мне.
— Ну раз ты, как и я, любишь чай, то давай выбираться отсюда поскорее, — произнёс он напряжённо, будто едва сдерживал рычание. — Я вижу ты понимаешь божественные письмена, значит скоро мы выберемся. Не так ли?
— Как?! — не выдержала я. — Как мы выберемся, если эти проклятые иероглифы скачут по стенам?! — нервно указала на виновников наших бед.
Они и правда прыгали, как зайцы, со стены на стену и ни на миг не замирали. В кино я бы сказала: Отличные спецэффекты. Но тут было совсем не до восхищения.
— Раз скачут, значит, поймаем. Волк нам в помощь.
Я резко обернулась, едва не ослепнув.
— Вы опять?! — простонала я и закрыла глаза руками. — У вас же есть специальная одежда для превращений. Зачем всё с себя сдирать?
Господи… как мне потом всё это забыть и строить семью с обычным мужчиной? Хотя после логова волков вряд ли вообще захочется иметь дело с мужчинами.
— Одежда есть. И это как раз она. Просто не хочу её пачкать. Нам же ещё на публику выходить, как только найдём выход. Ты что, прикажешь показаться в испачканных штанах? А по поводу замужества не волнуйся… Всё ещё впереди… — ехидно ответил он и обратился огромным волком.
— Ах, раз штаны пачкать нельзя — тогда, конечно! Тогда да! Ходите, ваше сиятельство, голым задом, кто же вам помешает! — бурчала я, всё ещё боясь открыть глаза.
И зря.
Меня сначала боднули лобастой головой в грудь, потом аккуратно цапнули за руку.
— А-а-а! — заорала прямо в волчьи глаза и белые клыки.
Волк сначала поморщился — почти по-человечески, — затем указал взглядом на символы, которые стремительно удалялись, и мотнул головой на свою спину.
Я опешила. Вот и всё, Алиса! Ты окончательно сошла с ума. Но все равно с места не сдвинулась.
Потопталась на месте — вдруг передумает. Не передумал. Смотрел на меня пристально серо-грозовыми глазами с крошечными молниями в зрачках. Время утекало сквозь пальцы. «Если сейчас не поймаем шанс — кто знает, сколько придётся ждать следующего?» — пронеслось у меня в голове.
Я решила, что хуже уже не будет, и, вцепившись в густую белую шерсть, взмыла ему на спину. Оборотень выпрямился, довольно рыкнул и рванул вперёд так быстро, что всё вокруг слилось в мельтешащий вихрь.
— Стой! — азарт разлился по венам, сердце колотилось, как у того самого кролика.
И всё же я успевала различать символы и шестым чувством понимать, какой нам нужен.
Волк остановился. Я вскочила ему на холку, проявляя чудеса эквилибристики, и нажала на нужный знак.
— Вот видите! А вы меня медлительной и неуклюжей называли, — с гордостью упрекнула я его.
Оборотень насмешливо фыркнул, тряхнул башкой — и я тут же рухнула обратно ему на спину.
Так мы и наловчились: метались вперёд, влево, назад — ловили символы один за другим. С каждым пойманным иероглифом лабиринт менялся, всё больше превращаясь в обычный замковый коридор.
Когда я уже тяжело дышала, а ноги дрожали так, что хотелось просто распластаться на его спине, впереди появилась дверь.
Деревянная. Простая. С латунной ручкой, едва заметная в глубине коридора.
— Ох… — устало выдохнула я и прошептала волку в ухо:
— Кажется, мы справились. Но сегодня я точно не буду пить чай. Мне бы в душ и спать, пожалуйста…
Мне показалось, что волк довольно и глухо рыкнул. А в следующую секунду мы ворвались в свет.
Резкий белый свет ударил по глазам так сильно, что я зашипела не хуже змеи. «Как же больно!»
— Вот наши первые победители турнира сильнейших! — сбоку раздался счастливый голос, наверное, церемониймейстера, и вслед за ним — шквал оваций.
Я — усталая, вспотевшая и страшно разозленная — уже собиралась сползти с волка и подробно рассказать, как нам «повезло» в лабиринте, но музыка снова грянула, и объявили других участников.
Я отняла руки от лица и увидела злого, как сто чертей, Рейнара. Рядом с ним стояла заплаканная брюнетка.
Она продолжала дрожать и что-то яростно шептать ему на ухо, пока мужчина внимательно сканировал толпу — и не наткнулся на нас.