Марат откинулся назад, медленно постукивая пальцами по краю стола. На его губах появилась хищная, довольная полуулыбка.
— Одна женщина сделала то, что не смогла вся моя PR служба… — усмехнулся он и притянул девушку к себе на колени, — как думаешь, может уволить их к херам, и нанять ее?
— Она не пойдет, — улыбнулась Кира, глядя на красивое, пусть и усталое лицо любовника, — ей это не интересно.
— Согласен, — вздохнул мужчина. — Что Самбуров? Есть результаты? Кто слил это гребаное видео?
Кира легко поднялась с его колен, обошла кресло сзади и осторожно положила ладони на напряженные плечи мужчины. Пальцы уверенно начали разминать затекшие мышцы.
— Он ищет, — спокойно сказала она. — Но вряд ли найдет. Снять короткий ролик на телефон мог практически любой: работник фермы, водитель, ветеринар, даже случайный посетитель. Отправил друзьям или родне «посмотрите, что тут творится», а дальше видео само разлетелось. Сейчас уже никто не признается. Все свои телефоны подчистили дочиста.
Марат скрипнул зубами, желваки на скулах резко обозначились.
— Это дело рук Ярова, — глухо прорычал он. — Я нюхом чую. Без этого облезлого урода тут точно не обошлось…
Кира промолчала. Она давно научилась молчать именно тогда, когда нужно. Особенно когда Марат был в таком состоянии.
Ее пальцы продолжали спокойно и методично разминать его плечи, будто пытаясь хоть немного снять то бешеное напряжение, которое последние две недели буквально пожирало его изнутри.
— Если это так, — медленно сказала она, — то у нас в компании крыса…
Марат медленно кивнул головой.
— И она, возможно, высоко….
И снова едва заметный кивок головой.
Девушка не стала продолжать свои опасные мысли.
— Самбуров тоже так думает, — наконец, признался Марат. — Но… я опасаюсь, что его навыков не хватит… Ярова прикрывает кто-то очень и очень сильный. Сам по себе он ни о чем, хотя очень живучий и цепкий, не отнять. Но за ним стоит кто-то другой. А у Самбурова… не хватает сил понять, кто это….
Кира продолжала молча работать пальцами, методично снимая с его плеч тяжелую, свинцовую усталость и ноющую боль.
Через несколько секунд она тихо, почти шепотом произнесла:
— Там, где не справляются мужчины… иногда может справиться женщина.
Марат резко повернулся к ней, прищурившись.
— Ты сейчас о чем?
Кира встретила его взгляд спокойно, без тени смущения.
— Хмельницкая — расследователь. Это особая каста журналистов. Она умеет находить то, что другие просто не видят. Если эта женщина действительно расположена к вам — используйте ее знания и силу. Там, где Самбуров идет напролом, она сможет найти лазейку в обход. Тихо. Точно. И без лишнего шума.
Марат долго смотрел на нее. Потом медленно откинулся обратно в кресло, задумчиво постукивая пальцами по подлокотнику.
* Михаил Олегович Фаворов — международный эксперт в области общественного здравоохранения и эпидемиологии, посвятивший более 40 лет изучению и предотвращению инфекционных заболеваний в различных регионах мира — от редких видов гепатита в Средней Азии до брюшного тифа в Кении и Мали.
23
Они медленно брели по набережной Москва-реки и глядя как садится солнце. Марат смотрел на Дану, едва заметно улыбаясь.
— Что? — не выдержала она.
— Любуюсь тобой, — просто ответил он.
Дана хотела ответить, но промолчала. Они остановились у чугунных перил, глядя как плещется внизу вода.
— Не часто мне выпадают такие спокойные вечера, — тихо признался Марат, опираясь локтями на холодный металл. — Обычно в это время я либо на совещаниях, либо разгребаю очередной пожар. А сегодня… сегодня просто стою рядом с тобой и смотрю, как садится солнце. И, черт возьми, мне это нравится.
Дана мелодично рассмеялась.
— Рада, что ты уладил все свои проблемы, — она встала рядом.
Марат тут же переместился ближе к ней.
— С твоей помощью, — кивнул он. — Алена, я… очень благодарен тебе. Ты не обязана была….
— Не обязана, — медленно согласилась она, — да в общем-то моя помощь была минимальной — ты справился сам. Полная открытость, публикации всех исследований…
— Твой эксперт, — закончил за нее Марат с улыбкой. — Человек, слово которого слышат даже там, — он кивнул на здание Кремля, напротив которого они стояли. — Откуда ты его знаешь, Алена?