Там тоже ничего не изменилось: все тот же строгий, холодный стиль хай-тек, стол, залитый солнцем, которое вышло из-за тучи, и все тот же страшный человек во главе.
Она медленно поставила перед ним чашку с напитком и положила бумаги. Рука слегка дрожала, когда она почувствовала, как Лодыгин своими пальцами ласково провел по ее руке. Кожа покрылась мелкими пупырышками от запястья до плеча.
Марат не смотрел на нее — взгляд был прикован к чашке, к тонкой струйке пара, поднимающейся от черной поверхности эспрессо. Только уголок рта чуть дрогнул — он-то точно знал, кто держит ситуацию в руках.
— Садись, — произнес все тем же ровным, скучающим тоном, не убирая пальцев. — Не стой столбом.
Девушка молча повиновалась, садясь напротив.
— Не сюда, — приказал Марат и глазами указал на свои колени.
Алина побледнела, но ослушаться не посмела, на секунду замерев перед ним, но послушно садясь куда приказали.
— Видишь, — усмехнулся он и горячее дыхание обожгло ее ухо, — не так все и страшно, верно? — его левая рука легла ей на грудь и тихонько сжала, а правой он не глядя подписал протокол.
— Зачем я вам? — едва слышно прошептала Алина.
— Потому что я тебя хочу, — ровно ответил Марат, продолжая поглаживать руку девушки. — А я, маленькая, всегда получаю то, что хочу. Будешь умницей — получишь бонусы, а начнешь меня снова расстраивать, Лина, получишь соразмерный ответ.
Он чуть наклонился вперед, так что его дыхание коснулось ее виска — теплое, с легким запахом кофе и дорогого одеколона. Пальцы скользнули выше, к локтевому сгибу, потом обратно — ласка без спешки, без грубости, но от этого еще более унизительная. Он не причинял боли. Он просто показывал: твое тело уже не твое.
— Моя мама…
— С ней все будет нормально. Завтра будет дома…
— Но она в ИВС…
Марат чуть сжал ее запястье — не больно, но достаточно, чтобы она почувствовала стальную силу под бархатной кожей.
— Я две недели ждал, маленькая. Это твое наказание, Алин. На будущее ты должна понимать: я щедр к женщинам, но капризы не потерплю.
Слова упали холодными льдинками, резко контрастирующими с тем, как Марат ласкал девушку. Ласкал нагло, демонстративно, четко давая понять, кто в их паре главный. Он даже под юбку к ней не скользнул, но Алина почему-то ощущала себя полностью раздетой.
Ему это нравилось. Она не видела его лица и глаз, но чувствовала всем телом.
Марат отпустил ее руку. Откинулся в кресле. Солнце, пробивавшееся сквозь жалюзи, теперь падало на его лицо полосами — свет и тень чередовались, делая глаза еще холоднее.
— Иди работай, — сказал он спокойно. — Через час принесешь отчет по поставкам из Краснодара. И… — он сделал паузу, улыбнулся уголком рта, — можешь быть свободной до вечера. А вечером наденешь платье — оно в вашей гардеробной и будь готова к семи. Машина будет ждать внизу.
Алина встала, забрала пустую чашку и направилась к выходу.
— Кстати, — он остановил ее и протянул ей конверт. — Ключи от твоей новой квартиры, как и обещал, — улыбнулся, глядя в глаза. — Съем оплачен на три месяца вперед.
Она молча взяла конверт и молча вышла из кабинета. На ее лице не дрогнула ни одна мышца — никто не должен знать о том, что произошло за этими дверями.
До квартиры ее довез водитель Лодыгина — молчаливый охранник с грубым, невыразительным лицом, точно высеченным топором. Неприятный тип от одного взгляда на которого у Алины мурашки бежали по коже.
Лодыгин не поскупился — квартира располагалась пусть и не в самом дорогом, но очно и не в самом дешевом районе города, в приличном ЖК с видом на Воробьевы горы. Небольшая однокомнатная квартира, отставленная по последнему слову — Алине на такую пришлось бы работать и день и ночь. Холодильник на кухне был заполнен под завязку, белье в спальне — дорогое, мягкое. В ванной — полный набор новеньких средств для девушки на любой вкус, мягкие полотенца, дорогая косметика — Лодыгин действительно был щедрым.
Но ее это не радовало. Вечер с Лодыгиным висел над девушкой дамокловым мечом, и каждая секунда приближали ее к неизвестности.
В половине седьмого в двери позвонили — пришел все тот же молчаливый охранник. Алина, уже переодевшаяся в дорогое, черное платье и белье, предлагавшееся к нему, обреченно спустилась вниз.
Она ожидала, что они поедут в один из ресторанов города, но водитель свернул в тихий переулок за Остоженкой, подъехал к неприметному, но явно очень дорогому жилому комплексу с закрытым двором и двумя постами охраны. Идя следом за ним Алина никак не могла отделаться от чувства, что смотрится как дорогая шлюха из эскорта, приехавшая к клиенту. Впрочем, это было не далеко от правды — у всех как оказалось, есть своя цена.