— Слегка, — голос даже не дрожал. Скорее она придала ему оттенок легкого раздражения.
— Простите, не хотел.
Очень даже хотел. На долю секунды в голове женщины пронеслись сцены из прошлого когда он делал так же — заставал врасплох, чтобы увидеть реакцию.
— Все в порядке, Марат Рустамович, — усмехнулась она, ни на секунду не сомневаясь, что и он знает, кто перед ним. — Могу чем-то помочь?
Лодыгин тихо усмехнулся.
— Думал, что я могу вам помочь, — шутливо заметил он. — Необычно для журналиста покидать мероприятие ни у кого не взяв комментарии.
— Зачем? — пожала она плечами — движение вышло естественным. — Моя работа не в прямом эфире. Все, что требовалось, уже прозвучало с трибуны: цифры, графики, официальные заявления. Остальное — это интерпретация и анализ. Этим я займусь в редакции.
Марат шагнул ближе — не угрожающе, но достаточно, чтобы она почувствовала запах его одеколона — древесно-пряный, который она когда-то любила.
— А как же договориться об интервью? Получить комментарий?
Женщина рассмеялась.
— Все, что меня интересует, не получить в двухминутном комментарии на бегу. А договариваться об интервью надежнее с пресс-службами и отделами пиара.
Марат втянул воздух, заглядывая ей в глаза.
— И как обстоят дела с моей пресс-службой, Алена Богдановна?
— Обсуждаем детали, — она заставила себя стоять на месте, хотя инстинктивно ощущала желание сделать шаг назад.
— Сложности?
— Работа, — небрежно поморщила носик.
— И все же? — Марат качнулся к ней.
— Ваша пресс-секретарь хочет, чтобы я выслала предварительный список вопросов, — Дана все-таки ответила, не переставая безмятежно улыбаться.
Марат протянул руку, приглашая ее пройти с ним к выходу — жест вежливый, галантный, но в нем чувствовалась привычка командовать.
— Мне всегда казалось, — произнес он, когда они сделали несколько шагов рядом, — что так и должно быть…
Дана снова рассмеялась, остановилась и повернулась к нему.
— Марат Рустамович, — они оказались слишком близко друг от друга. Непозволительно близко для первой встречи, но Дана заставила себя не обращать на это внимание. — Хотите открою вам одну журналистскую тайну?
Тот приподнял брови и не думая отступать.
— Если вопросы на интервью заранее согласованы, — она чуть понизила голос, придавая ему бархатистые нотки, — нужда в интервью отпадает. В 90 % из 100 журналист сам может написать все ответы и не ошибется. Может для глянца это и подходит, но увы, не для меня.
Марат скользнул глазами по лицу, задержался на губах.
— Значит, предпочитаете препарировать по живому, Алена? — бархат в голосе, сталь в смысле. — А если вам откажут?
Женщина глаз не отвела. Лишь кивнула в сторону холла, где еще оставались десятки представителей бизнеса.
— Всегда найдется тот, кто не боится, — ответила прямо. — И лучше пустить один материал — огонь, чем десять безликих, никому не интересных для галочки. Такие интервью, Марат Рустамович, не читают даже представители отрасли — все равно ничего нового там не будет. А у нас, журналистов, к счастью есть большой выбор.
Несколько мгновений Лодыгин не отводил от нее взгляда. Насмешливого, любопытного, заинтересованного.
— Почему я? — внезапно спросил он.
— Потому что вы первый в моем списке, — пожала она плечами. — Так уж мне редакция задание выдала.
— Умеете приземлять, Алена Богдановна, — насмешливо заметил он, — моя машина не далеко, а вы явно не для прогулки одеты. Могу подвезти.
— Спасибо, за мной уже приехали, — ровно ответила она, сквозь стеклянные двери увидев автомобиль редакции. — Прошу прощения, но мне пора.
— Пришлите все-таки вопросы, — рассмеялся Марат.
Дана слегка повернула голову на ходу и рассмеялась в ответ.
— Тогда только со счетом на оплату рекламы, Марат Рустамович.
Он засмеялся громче, провожая женщину довольным взглядом. Она оказалась даже более интересной, чем он предполагал.
Дана села в машину на негнущихся ногах, ощущая острый приступ боли в районе ребер.
И как только они отъехали с площади, не выдержала.
— Артем, — задела водителя за плечо, — останови машину….
— Алена?
— Мне плохо…. — ее вывернуло прямо на газон, благо машина надежно укрывала ее от посторонних глаз. — Похоже кофе перепила… — смущенно объяснила испуганному водителю.
9
— Проходи, — Анатолий пропустил ее в прихожую, — кофе будешь?