– Я пойду в голове цепочки, – сказал Илья.
Подъем на ледник оказался труднее, чем он предполагал. Глубокие трещины, ледяные глыбы и прочие причудливые нагромождения льда то и дело преграждали путь. Первым двигался Вересов. Он шел на кошках медленно, осторожно, но бесстрашно.
За ледопадом, который группа одолела без происшествий, начиналась крутая скальная стена с участками натечного льда. На подходы к ней ушел почти целый день. Под этой стеной команде Вересова пришлось заночевать. К вечеру поднялся сильный порывистый ветер. Палатку установили с трудом. Разожгли примус, вскипятили чай, немного согрелись.
– Всем вместе спать теплее будет, – заверил ребят Потапенко.
Ночью ветер дважды срывал палатку, завывал, как стая диких волков. Под утро ненастье чуть улеглось, стихло. Кострома и Гоша спали, как младенцы. Потапенко ворочался, кряхтел. Илья никак не мог уснуть. Он высунулся из спального мешка, шепотом окликнул Аксельрода.
– Саня… ты спишь?
– Как же! Уснешь тут… – глухо отозвался тот. – Тревожно мне, Илюха.
– И мне тревожно…
Страшный грохот заглушил последние слова Вересова. Откуда-то сверху посыпались камни. Сбивая друг друга и ударяясь о скальные выступы, они меняли направление полета, высекая искры…
– Землетрясение! – догадался Илья. – Никому не двигаться. Отсюда бежать некуда…
К счастью, все обошлось. Защищенная каменным карнизом палатка послужила хорошим убежищем. Камнепад прекратился, но альпинистам уже было не до сна. Едва рассвело, принялись за очистку лагеря от камней.
Аксельрод и Потапенко пытались разгрести осыпавшийся на рюкзаки снег, как вдруг…
– Что это? – дрогнувшим голосом спросил Толик, наклоняясь ниже.
Из снега показалась скрюченная человеческая рука.
– Наши где? – не своим голосом гаркнул Аксельрод, оглядываясь по сторонам.
К ним тут же подбежали Илья, Гоша и Кострома, с ужасом уставились на торчащую из снега руку.
– Ф-фу ты… – с облегчением вздохнул Саша. – Слава богу, все здесь! Я уж подумал…
Общими усилиями тело откопали быстро. Незнакомый бородатый мужчина в красном пуховике был мертв. По-видимому, давно. Его лицо перекосила жуткая гримаса.
– Наверное, сорвался с гребня и замерз, – предположил Вересов. – Найти не смогли. Теперь гору тряхнуло, вот труп и снесло вместе с камнями и снегом.
– Это все ты! – взорвался Потапенко, глядя на Аксельрода. – Нечего было болтать про австрийцев! Дурные разговоры перед восхождением – плохая примета!
– Ты прав, – согласился Саня, качая головой. – Какого черта мне надо было вспоминать этих австрийцей?
– Вот-вот… и черта поминай поменьше, – остыл Толик. – И вообще, у нас труп, ребята. Может, вернемся?
– Труп еще хуже, чем дурные разговоры, – подтвердил Илья. – Но мы уже поднялись на ледник… Человек умер давным-давно, а к нам свалился из-за землетрясения. Стоит ли возвращаться?
– Как с ним быть?
– Давайте оттащим его подальше от палатки, завернем и оставим. После спуска со стены сообщим о трупе в базовый лагерь. Мы не сможем сами транспортировать его вниз.
Так и сделали. Гоша с Костромой примолкли, все их недовольство и кураж как рукой сняло. Труп произвел на них удручающее впечатление. Надо сказать, и опытных альпинистов мертвец вывел из равновесия. Все понимали, что это происшествие не сулит ничего хорошего.
Однако Вересов решил продолжать подъем.
Вверх по стене двигались медленно и осторожно, тщательно страхуя друг друга. Каждый метр преодолевали с трудом. К обеду погода испортилась. Небо потемнело, сверху сыпалась ледяная крупа, барабанила по капюшонам штормовых курток.
На крохотной скальной площадке пришлось остановиться на отдых. Вскипятили чай, поели. С новыми силами двинулись вверх, прошли стену благополучно. Спуск, на удивление, начался легко. Даже погода смилостивилась над ними. Все расслабились, и тут, когда в разрыве облаков уже проглянула небесная синева… отроги хребта вновь затряслись. Высекая искры, полетели камни. Много. У Аксельрода снесло каску с головы. Запоздай он на секунду, не прижмись к скале, был бы еще один труп…
Благополучно добравшись до палатки, альпинисты сами себе не верили. В лагере их ждал еще один сюрприз. Тело неизвестного скалолаза… исчезло.
– Куда он мог деться? – недоумевал Потапенко.
Они обошли маленькую площадку у подножья стены. Мертвеца нигде не было.
– Может у нас это… горная болезнь разыгралась? – смешно хлопая глазами, предположил Кострома. – Галюники мерещатся?