– Не верю! – вскричала Эмма, хотя семена подозрений, посеянные любовником, уже дали всходы.
– И не надо. Я практический человек, дорогая. Я привык полагаться на опыт, а не на теорию. Едем к вам, и бьюсь об заклад – мы застигнем голубков воркующими в постельке… Твой дражайший муженек ни в чем себе не отказывает, тогда как тебя терзают угрызения совести. Ты изводишь себя раскаянием, а он волочится за горничными. Граф женился по расчету. Ему нужны были деньги твоего отца, а вовсе не ты!
– Нет… – простонала Эмма, сгибаясь в приступе рвоты.
Кровь прихлынула к ее лицу, желудок свела судорога. Содержимое ужина рванулось наружу, прямо на снег, укатанный колесами экипажей.
Темнота и метель скрыли ее от глаз случайных прохожих. Но не от пристального взора любовника. Он достал платок и с брезгливой гримасой подал Эмме.
– Когда Оленин в последний раз наведывался в супружескую спальню? – спросил Самойлович, не щадя ее чувств.
Бедная женщина пошатнулась и схватилась за его руку.
– Давненько… – ответил за нее отставной офицер. – Как ты объяснишь ему свою «болезнь»?
Мысль о беременности, которая до сих пор не приходила Эмме в голову, вдруг молнией пронзила ее. Боже… только не это! Муж не станет слушать ее оправданий…
– Обвини его в измене, – подсказал Самойлович. – Первая! Уличи его в прелюбодеянии и потребуй…
Он чуть не вымолвил «сатисфакции», но вовремя вспомнил, что дуэль – чисто мужская прерогатива.
– Потребуй извинений… пригрози разъездом.
– Разъездом? Но…
– Поехали! Нельзя терять ни минуты!..
Глава 21
Выслушав басни дворника про полнолуние и нечистую силу, Лавров двинулся дальше, все еще не теряя надежды догнать Оленина и проследить за ним. Доктор явно неспроста выскочил на улицу как ошпаренный, неспроста свернул в переулок…
Дворник сказал, что не раз видел его здесь. И даму в красном пальто. Они что-то затевают – она или он. Пациентка и ее психоаналитик.
Марина Стешко была убита больше года назад, Настя Яроцкая неожиданно уехала за границу – прошло время, и душегуб наверняка наметил новую жертву.
Размышляя на ходу, Лавров внимательно поглядывал по сторонам. Не покажется ли знакомая коричневая куртка, не мелькнет ли красный цвет?
– Как же я его упустил?
«Черт попутал, – съязвил внутренний критик. – Уж не полнолуние ли сегодня? Хотя до ночи еще далеко, но призраки уже озоруют вовсю. Заправски отвели тебе глаза!»
– Сегодня не мой день, – буркнул себе под нос начальник охраны. – С утра попался на зубы Колбину. Потом этот Павлинов…
«А что Павлинов? Чужую машину угнал? Всего-то делов?»
– Хорошо, если он только аферист и жулик, – возразил на это Лавров. – А вдруг он худое задумал? Против Глории? Она его кормит, поит, привечает. Небось и на ночлег оставила. Ей невдомек, что у гостя – камень за пазухой. Я не могу даже позвонить и предупредить ее! Связи нет.
«Там Санта. Он разберется, – захихикал внутренний критик. – У тебя была возможность отличиться, а ты ее проморгал. Так и прелестную вдовушку проморгаешь. Растяпа!»
Лавров шагал дворами и разговаривал сам с собой. Увидь его сейчас дворник, еще больше укрепился бы во мнении, что в аномальном месте с людьми странное творится. И всему виной – «темные силы». Они человека морочат, водят кругами, заставляют видеть невидимое и слышать несуществующее.
В какой-то момент начальник охраны сообразил, что его обступила полная тишина. Никаких звуков – ни шума машин, ни людских голосов, ни шарканья метлы. Дивный акустический эффект. Кусты и деревья застыли, словно очарованные колдовским заклинанием – не шелохнутся.
Лавров поднял голову – старые стены уходили вверх, над крышами плыли рваные облака… окна, пустые, словно мертвые глазницы, зияли чернотой. Не об этом ли доме говорил дворник? Вдоль здания тянулся деревянный строительный забор. Такие заборы ставят подрядчики вокруг объекта.
Что ж… не растерял Лавров интуицию опера: ноги сами принесли его куда надо. Чем не идеальное место для убийства? Вероятно, у заказчика либо конфликт с властями вышел, либо возникли проблемы с финансированием, вот и остановилось все до лучших времен. Судя по облупившейся краске, забор уже как минимум дважды перезимовал…
Лавров опомнился, когда заметил метнувшуюся слева тень. Это была женщина. Или мужчина? Он прижался спиной к доскам и замер. Судя по шагам, за забором кто-то крался, громко дыша.