— Знаешь, ты забавная, — неожиданно нарушил тишину Стефан, идущий впереди и не оборачивающийся. — Мы с Дуайном всё думали, что он к тебе прикопался. Девка-то обычная, магических способностей выдающихся нет, внешностью не блещешь, природа явно обделила и умом, и красотой…
— Может, хватит уже? — прервала я некроманта.
— Прости, — повернулся, улыбнулся и, встав рядом со мной, начал идти на одном уровне со мной. — Я просто понять не могу, что Акселю от тебя надо. Да, мордашка у тебя симпатичная. Я бы даже сказал, очень симпатичная! Но ты же зажатая, тихая, застенчивая, а потом понял, что-то в тебе есть, что притягивает, несмотря на все недостатки… Вот, как Акс на полигоне тебя увидел, завёлся и целый день о тебе говорил, что бесишь, раздражаешь, кем ты себя возомнила — спустить на него тридцать умертвий…
— Я говорила, это была случайность, — мрачно напомнила, глядя на Стефана.
— Думаешь, я ему об этом не говорил? Нет, он продолжал настаивать на своём. Дёвчонку надо проучить, а мне какое дело до тебя?
— Никакого, — ответила я за него.
— Верно, никакого, но ведь ты забавная и ничего с этим не поделаешь. Не зря Акс тебя котёнком называет. Маленькая, пугливая, но коготки есть и зубки…
— Хватит аллегорий, — вежливо попросила. — Ты лучше скажи, что от меня твоему другу понадобилось сейчас? Время завтрака, до занятий минут двадцать-тридцать, а мы на вечер договорились.
— Вот у него сейчас это и спросишь, — ответил парень, открывая двери в апартаменты своего друга-герцога. — Акс, дружище, девочку привёл. Ждём вас в столовой, — и ушёл, оставляя меня наедине с этим… извращенцем, маньяком, сумасшедшим, придурком, тираном… Ох, на самом деле у меня в запасе эпитетов много.
— Котёнок, ты уже здесь! — улыбнулся, как его называет Стефан, Акс. Мне смеяться почему-то хотелось. Ну, вот хотелось, а почему не знаю.
— Да, здесь, что-то случилось? — поинтересовалась, продолжая прижиматься спиной к двери.
— Почему должно что-то случиться, чтобы я захотел видеть тебя? — с любопытством вопросил некромант.
У меня другой вопрос: что должно случиться, что я захотела его видеть? Конец света, апокалипсис, наводнение, всемирные пожары, катаклизмы, магические катастрофы, если такие есть, конечно… Вот из всего перечислено я бы выбрала что угодно, лишь бы Акселя больше не видеть.
— Ну, я же жирная и страшная! — съязвила. — Зачем тебе меня видеть?
— Кто тебе такое сказал? — нахмурился неофит.
Идиот что ли или что?!
— Ты и сказал! — произнесла, сжимая челюсть и кулаки.
— А-а, не бери в голову, Кэт… Как мне нравится твоё имя, — мурлыкнул парень. — Кэтрин… Кэт… котёнок… Звучит сладко, но не приторно…
Может, его умертвие покусало и это реакция на яд такая? Хотя умертвия не кусают, они сразу сжирают, да и неядовитые они, вроде.
— Сегодня в столовой во время завтрака, — продолжил парень. — Мне понадобится, чтобы ты кое-что сделала, тем самым доказав, что принимаешь меня в качестве своего… хозяина. Здесь это называется покровительство. Тебе надо объяснить, что такое покровитель?
Значение слова знаю, но мир другой и значения соответственно тоже. Узнать надо. Так для себя…
— Объясни, если нетрудно.
— Покровитель — это тот, кто берёт под защиту слабого, чаше красивую слабую девушку. В твоём случае просто слабую… Покровитель обеспечивает свою прислужницу, покупает наряды, подарки, балует, а прислужница в свою очередь делает всё, чтобы угодить покровителю. Не уверен, что ты и слово «угодить» имеете что-то общее, но ты научишься, обещаю.
Почему, стоя в его покоях, одна одинёшенька, без защиты, мне хочется схватить вон ту немаленькую вазу и разбить ему голову!? И поверьте, мне вазу будет жаль больше, чем голову Акселя.
— Ладно, не будем отвлекаться на болтовню, Кэт, пошли завтракать. Ты много ешь? Мне сразу два подноса брать или лучше один?!
У меня аж глаз задергался. Я-то ем мало, это Кэтрин заедала своё горе сладостями и я это, если честно, понимаю. С такой мачехой, в таком доме, пережив потерю отца… Она ведь его любила очень, сама об этом в дневнике писала. В этом мы с ней похожи: не только внешностью, но и любовью к отцам. Я своего любила, я своим восхищалась, замирала в его присутствии, желая быть хоть капельку похожей. Зеленоглазая брюнетка, как и отец, но характер, уверенность, упорность… Такие качества я проявляла только в учёбе, а папа настоящий воин, которым нельзя не гордиться. Боже, как я скучаю! Как ещё умудрилась жизнь самоубийством в этом мире не покончить, когда осознала, что больше назад не вернусь, больше не почувствую нежные прикосновения матушки по волосам, не увижу гордость в глазах отцовских…