И даже не думай, что я просто так оставлю тебя в покое».
Э-э… конец записки очень впечатлил! Впечатлил и насторожил настолько, что принимать родовой кинжал, который принадлежал Акселю, как подарок, мне не захотелось. По правде говоря, мне вообще ничего не надо от герцога и уж тем более его защита. Рядом с футляром лежал тёмно-коричневый пояс из кожи с ножнами. Это, видимо, для того, чтобы кинжал всегда с собой носить, догадалась я. Решила: подарок пока отложу в сторону, выясню у Акселя, что означает его «благородный» жест. Поскольку Аксель и благородство понятия разные.
Пока до ванной комнаты шла, всё думала о записке. Получается, Аксель мне прямым текстом угрожал что ли… На то, что он от меня отстанет, я не рассчитывала, в принципе, просто… Странно это как-то, когда враг, которому я сегодня при свидетелях-неофитах объявила войну, переживает за меня и дарит кинжал, чтобы, если что… Как отреагировать? Выбросить подарок в окно или же принять, потому что оружия у меня и правда нет? Но одно точно радовало: теперь я не буду прислужницей! Чтобы не случилось, не буду и всё. Я примерно представляю, что сейчас будет твориться в моей жизни, и какие придётся приложить усилия, чтобы не сдаться, но я должна. Ради себя должна, ради своего будущего в этом мире поганом.
На принятие ванны ушло не больше десяти минут. Волосы, мокрые от дождя, я мыть не стала, сполоснула только тело, которое дрожало от холода. Дверь в комнате хлопнула, но я почему-то не насторожилась. Никто, кроме Альмы сюда не зайдёт. Ну, потому что логически подумать, что им здесь делать-то?
— Котёнок, ты тут, я знаю, — голос Акселя я узнала сразу. Ой, мама! — Значит, в ванной. Мне самому зайти или выйдешь сама?
— С-сама, — дрожащим голосом ответила, спешно одеваясь в форму военной академии.
Вышла, вытирая влажные волосы белоснежным полотенцем и враждебно глядя на неофита.
— Я могу узнать причину, твоего отказа от моей защиты? — скрестив руки на груди, вопросил парень.
Некоторое время молча смотрела на него, потом моргнула, мотнула головой и ответила:
— Потому, что предложенная защита, мне не нужна!
— Ты хоть осознаешь последствия своего поступка!? — беззлобно прошипел некромант. — Тебе же здесь жизни не будет!
— Неофит Аксель, — холодно произнесла я. — Я вполне осознаю последствия своего поступка и прошу немедля покинуть комнату!
— О, как… — усмехнулся неофит. Повернулся ко мне спиной и уже собирался покинуть покои, как в следующее мгновение, развернулся и добавил: — Вот сам не понимаю, почему, но бесишь ты меня! Бесишь, а защищать хочется! Если на тело не смотреть, только на лицо, то вполне себе хорошенькая… Ай, ладно… Но всё равно не отстану…
Дверь со всей силы хлопнула и только после этого я смогла спокойно выдохнуть. Но расслабиться окончательно мне не дала влетевшая в комнату Альма и подобно своему брату, строго задала вопрос:
— Почему отказалась!? Ты бы видела, как на тебя Валентин поглядывал, когда ты из столовой уходила… Даже мне жутко стало. Да, чего там! Все испугались за себя в первую очередь. Аксель его предупредил, чтобы тот тебя не трогал, но это же тёмный властелин… Плевать он хотел на чьи-то предупреждения! — без умолку тараторила соседка.
Они сговорились что ли?
— Отказалась потому, что у меня всё-таки имеется чувство собственного достоинства! — спокойно ответила, вздёрнув голову.
— От твоего чувства собственного достоинства скоро ничего не останется! — укоризненного покачала головой неофитка. — Думаешь, Аксель сильно гонял бы тебя? Да, нет же… Ты бы от этого прислуживания больше выгоды получила, чем мой брат.
— Пусть так, но я не нуждаюсь в защите Акселя…
— Нуждаешься, ещё как нуждаёшься! — не согласилась девушка. — Вот, когда Вал на тебя охоту объявит, чтобы своей игрушкой сделать, так сказать, нос сопернику утереть, тогда ты поймёшь, как нуждаешься!
Высказавшись, Альма зашла в ванную комнату. Поглядев в окно, я отметила, что близиться утренний рассвет, лучи солнца неспешно озаряли территорию академии и помня о том, что на тренировочном полигоне меня будут ждать, рванула настолько быстро, насколько была способна с таким-то телом. Запыхавшаяся, пробежала мимо гарпий, которые крикнули вслед:
— Куда?!
— Потом расскажу! — я подмигнула и, не сбавляя темпа, продолжила бежать.
Величественный и без единой эмоции на лице мастер Ивао стоял, заложив руки за спину, и глядел на поднимающееся солнце. На нем была в лёгкая белая туника-рубаха с длинными рукавами и свободные белоснежные штаны, напоминающие пижаму. Ноги босые, чуть влажные от капелек росы на траве.