– Всё хорошо, милая. Всё хорошо. Я с тобой. Я рядом. К черту прошлое. Я люблю тебя. Люблю, слышишь? – шептал, укачивая на руках свою истинную, как маленькую перепуганную девочку.
– Когда любят, не придают, Руслан. У меня были причины, чтобы пойти на преступление, а у тебя? Я бы смирилась с чем угодно, готова была закрыть глаза на убийство Полины и на твоё сотрудничество с Мамаевым, но не на измены. Ты врал мне. Я видела фотографии, много фотографий, на которых ты обжимался с длинноногими красотками, – произнесла еле слышно, когда ее дыхание восстановилось, а паника сошла на нет.
– Ты что-то путаешь, любимая. Девка, которую ты почему-то продолжаешь называть подругой, тварь весьма живучая. А ещё хитрая и изворотливая. Я передал ее одному из своих зарубежных партнёров, который вместо того, чтобы определить шалаву в бордель, оставил ее при себе. За неё можешь не волноваться, Карим хорошо относится к своим любовницам, если, конечно, те покорны и не доставляют проблем.
– Но… как же… я же видела фото… – приподнялась и, растерянно хлопая глазами, посмотрела на меня.
Личико бледное и очень уставшее. А ещё невыносимо красивое и горячо мной любимое.
– Я тоже видел фото, Киса. А ещё слышал запись. Знал, что ты собираешься сделать и хотел порвать тебя на части, но не смог. Ты моя истинная пара и я никогда не смогу причинить тебе вред, – обреченно выдохнул и, стиснув челюсть, отвернулся, чтобы побороть желание коснуться манящих сладких губ любимой.
– Фото и запись липовые. Я ни единого раза не изменяла тебе, Руслан. А ты…
– Я был верен тебе, сладкая. Девушки на снимках… это просто ширма, за которой я хотел укрыть тебя от глаз совета и своих недругов. Мне нужно было время, чтобы всё обдумать, я ведь… не человек, да и оборотнем меня сложно назвать. Я опасное существо и… и не мог решиться на то, чтобы открыться и обречь тем самым тебя на жизнь с монстром. Я отпустил, дав шанс на нормальную человеческую жизнь и поверь, понятия не имел, что заставил подобным страдать. Теперь ты знаешь, кто я и тебе есть что терять, если решишь остаться со мной. Захочешь уйти, не стану держать, но на этом всё. Наши пути больше никогда не пересекутся. Если тебе нужно время, чтобы подумать…
– Нет. Время на раздумья мне не нужно, – не дала договорить Женя и, поцеловав в щеку, покинула мои объятия. – Прости, Руслан, но иногда одной любви мало и в нашем случае слишком поздно что-то менять. У меня школа и контракт со студией видеозаписи, а у тебя бизнес пропитанный кровью.
У Кошечки в этот раз не было в руках оружия, но она снова меня убивала. Пронзала сердце и душу каждым словом, будто раскалённым серебряным кинжалом и хотелось выть от боли, но я держался, внешне не выдавая никаких эмоций.
– Прислуга принесет одежду, а водитель отвезёт куда скажешь, – выдавил из себя и поднялся на ноги, чтобы побыстрее покинуть общество любимой, которой невдомек, что поставив брачную метку, зверь погибнет вдали от своей самки, а вместе с ним сдохну и я, в этот раз уже по-настоящему.
– Не нужно водителя. Я хочу позвонить Михаилу. Он заберёт меня, – всадила очередной нож в грудь девушка, обозначив передо мной доверие к другому самцу.
Хотя чего я ждал после всего, что произошло?!
– Я сообщу Власову о твоём желании. Прощай, Кошечка.
Глава 71. Женя
Руслан ушёл, а мне хватило секунды, чтобы понять какая же я все-таки дура. Судьба ведь не просто так дала нам второй шанс и свела на празднике у общих знакомых. Я уже один раз потеряла любимого по своей вине и снова едва не наступила на те же самые грабли.
– Руслан!!! – закричала, что есть мочи и выскочила в коридор, теряя на ходу скрывающее наготу покрывало.
Мужчина замер, не успев скрыться из виду, а потом медленно повернулся, будто думая, что ослышался. А я уже неслась к нему в объятия и, приблизившись, запрыгнула на Дикаева, обхватив руками и ногами горячее, самое желанное в мире тело.
– К черту танцы! К черту школу и вообще всё к черту! – выпалила, задыхаясь от волнения и глядя любимому в глаза. – Если хочешь, запри меня в спальне или закуй цепями в холодном подвале, но только не лишай возможности видеть тебя, целовать, вдыхать аромат. Разреши снова тебя любить…
Последние слова утонули в страстном поцелуе, который стремительно перерос в бурю огненной страсти, которая окутала нас и заставила слиться воедино прямо посередине коридора.