– Проходи, уважаемая ведунья, мы уже тебя совсем заждались! Ровку только за смертью посылать! Где же этот негодник? – Он посмотрел за мою спину, не заметив мальчишку, махнул рукой и опять расплылся в улыбке «мечта дантиста»: – Да ты проходи, не стой на пороге! Хоть и ведьма, но негоже так легко одеваться, ночи сейчас уже не такие теплые, как в ревень (Прим. Ревень – теплый период соты (сто дней года), составляет примерно две трети соты). Я воспользовалась любезным предложением и прошла внутрь вслед за улыбчивым человеком, по пути пытаясь заодно прийти в себя от такого приема. Меня приняли за ведьму? Видимо, потому, что сейчас я на нее очень похожа, после таких-то приключений. И тут неожиданная мысль пригвоздила меня к месту. А что же произошло?! Моя память отказывалась выдавать информацию о событиях, происходивших со мной ранее, чем час назад. Паника поднималась по позвоночнику и, взобравшись, поставила волосы на голове дыбом, видимо, решив мне помочь еще более походить на ведьму.
– П-простите, уважаемый, но, кажется, вы ошиблись! Я не ведьма… во всяком случае мне кажется, что это так, – тихо икнув, испуганно пробормотала я.
Кавай недоуменно обернулся, и я снова испытала шок: лицо толстого человечка было абсолютно серым! Я почувствовала, как кровь отхлынула от лица, а перед глазами поползли разноцветные пятна. С трудом прогнав дурноту, я снова подняла глаза на озадаченного хозяина: но все осталось, как есть. На улице, в темноте ночи, я не разглядела цвета кожи маленького мальчика, да и на фоне белозубой улыбки цвет лица хозяина не сразу бросился в глаза. Но теперь, в ярком освещении продолговатой гостиной, сомнений не оставалось: человек был сер, словно мышь. И серые же глаза с красноватым зрачком смотрели на меня внимательно и с изумлением.
Помолчав немного, хозяин неуверенно спросил:
– А кто же ты?
– Я – Мелайна, – на автомате ответила я, судорожно сглотнув. – И, похоже, это единственное, что я знаю… Я сильно ушиблась головой и помню только этот вечер.
– Да уж скорее ночь! И как же тебя так угораздило? – Голос толстячка, казалось, выражал искреннее сочувствие, а необычные глаза так и светились от любопытства. – Интересное на тебе платье, словно сделано из кожи гигантского коруга (Прим. Коруг – морской змей, из очень эластичной кожи которого делают одежду)… только цвета яркие, как драгоценные самоцветы. Да и внешность неординарная… я даже на ярмарке не видел таких… красавиц!
Я неопределенно пожала плечами. Сама знаю, что красивая. И тут в дверь влетел Рови, я тут же уставилась на мальчишку. Маленький плоский нос, как мне показалось поначалу, оказался острым отростком с двумя продолговатыми дырочками. Я содрогнулась от неприязни. Как если бы обычный носик вывернули наружу и отрезали кончик. А губ у парня почти не было. Темно-серая ниточка под остатками носа. Зато длинные зубы сияли белизной так же, как у отца.
– Она идет! Ведьма идет! Батька, встречай! – заорал Рови и, тряхнув белесыми волосами, шмыгнул в сторону двери, откуда поползли такие аппетитные запахи, что я подавилась слюной, а живот громко заурчал. Наверное, я давно не ела.
Кавай снова нацепил свою эксклюзивную улыбку, за что я была крайне благодарна, ведь она скрывала общее уродство, и резво рванул к дверям. В дом вошла женщина. Я с любопытством уставилась на нее, но была разочарована: по-моему, она не сильно отличалась от толстячка... если, конечно, не считать голубоватого оттенка кожи. А кого я ожидала увидеть? Краснокожую бестию с ирокезом и продольными зрачками? Вот ведь начиталась всякой ерунды. Лучше бы вместо фэнтези штудировала научные трактаты, может быть, и нашлось бы логичное объяснение происходящему. Забытые народы под землей, цвет кожи которых приобрел столь эксклюзивный оттенок вследствие длительной жизни поколений без солнца. И зрачок тоже… Я действительно не видела ни неба над головой, ни звезд в абсолютной тьме. Никто не доказывал, что в подземных городах не может быть холодного ветра! Так что я просто могла провалиться под землю, двинуться башкой: свет померещился, а там дополнительная травма многострадальной головы о твердый лоб подземного человека. И все: научное открытие в кармане!
Кавай тем временем рассыпался в любезностях, а потом весь подобрался и грозно гаркнул что-то нечленораздельное в сторону, куда улизнул серый пацан. Из дверей мгновенно материализовались женщины разных возрастов: они испуганно сгрудились перед хозяином, бросая на меня и ведьму взгляды, полные паники.