— Да. И... — Мэтт глубоко вздохнул. — Есть еще кое-что.
— Тебе лучше все мне рассказать, дорогой.
— Чарли беременна.
Элейн с озадаченным видом посмотрела на сына:
— В самом деле? Ты уверен?
— Да, мама, конечно. Она записалась на обследование через пару недель. И я пойду с ней.
— Ясно, — медленно произнесла Элейн. — Я приготовила салат. Давай поедим на террасе.
Он помог вынести на улицу салат, тарелки и приборы. Они сели за стол, и Мэтт заметил, что мать все еще не оправилась от потрясения.
— Мне очень жаль.
— Не стоит, Мэтт. Я уже не маленькая и смогу это пережить. Дело не в этом, просто что-то тут не складывается, — нахмурилась она. — Давай отложим это пока. Вопрос в том, любишь ли ты Чарли?
— Да, я люблю ее как друга, как партнера, возможно... Мама, я пока и сам не знаю. Конечно, мы выросли вместе, у нас общие знакомые... Ты дружишь с ее родителями... Все просто, — вздохнул он.
— Всегда проще создать семью с кем-то из своего окружения. И я так поступила, — улыбнулась Элейн, раскладывая салат по тарелкам. — Это удобно, а близкое знакомство волне может перерасти в любовь. Но... — Элейн старалась подобрать подходящие слова. — Это не кружит голову. Как и безопасная езда.
Мэтт удивился, насколько точно мать передала его ощущения.
— Да, прямо в точку.
— И не говори, что я не понимаю. Потому что это не так. С Гранией ты узнал, какой бывает другая жизнь, и я радовалась, что тебе удалось вырваться. Ты страстно любил ее, и она раскрасила мир вокруг тебя яркими красками.
— Да, именно так. — Мэтт сглотнул комок в горле. Он чувствовал, что вот-вот расплачется. — И только после ее отъезда я понял, как сильно любил ее и как... люблю.
— Я тоже любила одного человека... до встречи с твоим отцом. Мои родители сочли его неподходящей партией для меня, потому что он был музыкантом. И я порвала с ним...
— Я не знал. — Мэтта поразило признание матери. — Ты жалеешь об этом?
— А какой смысл? — спросила Элейн с горечью. — Я сделала то, что считала в тот момент правильным, желая угодить всем. Но не проходит и дня, чтобы я не вспомнила о нем и не подумала, где он сейчас. — Ее голос становился все тише, пока она не спохватилась. — Извини, Мэтт. Тебе не нужно этого знать. Мы с твоим отцом всегда хорошо ладили. И у меня есть ты. Так что нет, я ни о чем не жалею.
— Разница только в том, что я не разрывал отношений с Гранией.
— Но сейчас она уже замужем, — сказала Элейн.
— Так сказала ее мать, когда я звонил.
— Меня это очень удивляет. Я знаю, Мэтт, что Грании было неуютно в нашем мире. Возможно, ей казалось, что она не нравится нам. Но она сама и ее талант вызывают у меня уважение. И я знаю, что она любила моего мальчика, — подчеркнула Элейн. — А за это я могла бы ей все простить.
— Что ж, мам, Грании с нами больше нет. Она не вернется, а мне нужно жить дальше. Вопрос в том, стоит ли мне пытаться построить отношения с Чарли?
— Мне трудно что-то ответить. Чарли красивая, яркая девушка, и вы принадлежите к одному кругу. Но ребенок все усложняет. А ты уверен, что она беременна? — снова спросила Элейн.
— Да, мама!
— Что ж, — вздохнула она, — похоже, в таком случае для тебя уже все решено. Я знаю, как ты переживал, когда Грания потеряла ребенка. Хотя я...
— Что, мама?
— Нет, ничего, — быстро ответила Элейн. — Если все так, как ты утверждаешь, не думаю, что у тебя есть выбор.
— Да, — мрачно согласился Мэтт, — похоже, что нет. И мне придется поддерживать определенный уровень жизни. Она уже спрашивала, не намерен ли я вернуться в бизнес отца. Девушку из высшего общества, такую как Чарли, не устроят доходы преподавателя психологии.
— Ты ведь знаешь, отец мечтает, чтобы ты унаследовал его бизнес. Но, Мэтт, если ты этого не хочешь...
— Мама, сейчас я ничего уже не хочу! — Он положил нож и вилку на тарелку и взглянул на часы. — Пора возвращаться. Чарли будет переживать, куда я подевался. — Он многозначительно приподнял брови.
— Жаль, что я не могу сказать тебе ничего другого. Раз Грания замужем...
— Каким-то образом, даже не знаю, как именно, мне удалось все испортить.
— Знаешь, дорогой, я все понимаю. Ты обязательно полюбишь Чарли, как я постепенно научилась любить твоего отца.
— Надеюсь, ты права, — со вздохом согласился он. — В любом случае спасибо за ленч и за то, что выслушала меня. Пока, мама.
Элейн смотрела, как машина сына выезжает с подъездной дорожки. Потом, закрыв дверь, она вернулась на кухню. Нарушив свою постоянную привычку, она не стала сразу убирать со стола тарелки. Она села и принялась обдумывать все, что ей рассказал сын.