Я предположил, что это пробы воды из того самого озера, ради которого построили Ирий. После прочтения журнала, возможно, удастся узнать это наверняка.
Примыкая к рабочему столу, стоял небольшой верстак, на котором было установлено чудо современной техники — цейссовский стереомикроскоп. Возле него лежала стопка предметных стёкол. Одно из них было установлено в прибор, на нём виднелись остатки высохшего препарата.
Не будь следов времени в виде пыли, паутины и мелкого мусора, падающего из выкрашивающейся потолочной штукатурки, можно было сказать, что в работе наступил короткий перерыв, а учёный просто вышел на время. В сущности, теперь, когда я знаю историю бегства Вернера, вид оставленной как будто на минутку лаборатории был именно тем, что ожидалось увидеть. Ведь учёный не собирался её покидать.
Я немного поразмышлял, что делать дальше, и решил, что искать зацепки, проясняющие дело, наугад в таком количестве образцов и бумаг было бы нецелесообразно. Логично начать с журнала. Если в нём содержится ключ к загадкам Ирия, то после прочтения мне будет понятно, нужно ли вообще искать что-то в лаборатории.
Погода за окном начала портиться. Я поглядел в одно из окон и увидел, как туман медленно садится на луг. Небо затянуло тучами. В помещении потемнело, отчего оно сразу сделалось неуютным. Первые капли дождя забарабанили по окнам.
Похоже, сегодня уже нет смысла выходить наружу и мокнуть. Пожалуй, вернусь в гостиную и почитаю журнал.
Я забрал его со стола и вышел из лаборатории, прикидывая, стоит ли мне озаботиться ужином. Можно, конечно, попытаться воспользоваться кухней, но был риск, что дымоход забился листвой и ветками за те годы, что особняк простоял брошенным. К тому же я не насобирал валежника, чтобы топить печь. Ну не рубить же мебель на дрова? Даже будь я вандалом, для этого нужен топор-колун, а мне он на глаза не попадался.
В итоге я решил, что снова подкреплюсь галетами и сушёным мясом, когда проголодаюсь, а завтра устрою хозяйственный день и немного налажу свой быт и питание.
Определившись таким образом, я поднялся в гостиную и устроился на диване. Немного повозился с трубкой, раскуривая её, и завершил свои сибаритские приготовления к чтению большим глотком коньяка, который уже успел полюбить, отдавая должное вкусу хозяина.
Я пристроил тетрадь на колени и открыл её на первой странице.
Журнал Августа Альбертовича Вернера
Дата: 1-е мая 1898 года
Этим сообщением открываю журнал, который решил завести с началом новой работы.
Прибыли сегодня в Ирий, поместье Михаила Николаевича Стужина. К сожалению, только к вечеру. Потому осмотр лаборатории решил оставить на утро. Уверен, она будет великолепна.
Путешествие было долгим, но потраченное время полностью окупилось красотой увиденных в пути мест. В Сибири я впервые, и меня переполняют дорожные впечатления.
Узнал много нового о природе и быте живущих здесь людей. Когда вернусь в столицу, обязательно найду время и, кроме отчёта о моей научной деятельности, напишу путевые заметки лёгкого содержания.
Чтобы ничего не забыть и не упустить интересных деталей, я буду описывать всё, что покажется мне достойным внимания. Позже я буду опираться на собранные здесь заметки для более точного изложения истории моего путешествия.
Дата: 2-е мая 1898 года
Сегодня осматривали усадьбу и знакомились с людьми. Нужно отдать должное хозяину: здесь всё устроено замечательно. Дом не дом — дворец. Мои покои напоминают княжеские. Я просто утопаю в непривычной мне роскоши. Но это не главное.
Более всего меня поразила лаборатория. Я бывал во многих университетах Европы и могу со всей ответственностью сказать, что едва ли хоть один из них может похвастаться той степенью оснащённости, которой обладает лаборатория Ирия. Я давал рекомендации Михаилу Николаевичу, но не думал, что он столь педантично выполнит их все.
Лучшего и желать нельзя: уединённое живописное место, загадка природы, благородная миссия поиска лекарства от неизлечимой болезни и новейшая лаборатория для работы. Что ещё может желать скромный учёный? Михаил Николаевич предугадал все мои желания и даже больше!
Дата: 3-е мая 1898 года
Привёл лабораторию в удобный мне порядок. Оборудование распаковано и установлено на места.