— Уже, — прошептал Ник и наклонился к Элизабет для поцелуя.
Он не заставлял ее. В этот самый момент она сама хотела этого. Не понимала – это эффект таблеток или ее запутавшейся личности, но точно хотела.
Элизабет закрыла глаза, как будто желая погрузиться в этот миг, в эту странную палитру эмоций, смешанных с легкой эйфорией. Сердце колотилось в груди, словно пыталось выбраться наружу, а в голове не было мыслей. Она отодвинула сомнения на второй план, позволяя нежным прикосновениям Ника разжигать пламя желания, которое она считала потушенным.
Пораженная его смелостью, она вдруг поняла, что за пределами этой комнаты нет ничего важного. Все ее тревоги, страхи и неуверенность растворялись в воздухе, переполненном волнующим шепотом. Она открыла губы для ответа, не имея сил противостоять напору чувств.
Сначала Ник целовал ее нежно, аккуратно, но чем дольше он ласкал ее губы, тем нестерпимее был зуд внутри девушки. Элизабет открыла рот в приглашении и теплый мужской язык скользнул внутрь.
Мужчина судорожно вздохнул, когда Лизи перебралась ему на колени. Ник обнял её крепко, ощущая тепло её тела, которое так сильно его притягивало. Касания становились все более настойчивыми, и в каждой секунде между ними зрела страсть, способная сжечь их обоих. Элизабет шептала его имя, словно это было заклинание, позволяющее ей забыть обо всём, кроме этого момента.
Она задрала платье на талию и теперь ощутила его желание, что пробивалось сквозь ткань брюк. Нервно дернула пояс, заставляя мужчину спустить штаны. Ник даже не успел снять их хотя бы с бедер: как только член показался из штанов, Лизи обхватила его тонкой ручкой и тихо застонала. Несмотря на худобу мужчиныонбыл внушительным. Отодвинув ткань белья, девушка села сверху, полностью наполняя саму себя.
Лизи замерла на секунду, наслаждаясь ощущением полноты и тепла. Она чувствовала, как его пульс учащается под ее руками, как он нетерпеливо дергается под ней. Легкий стон сорвался с ее губ, когда она начала двигаться. Медленно, осторожно, словно изучая каждое новое ощущение.
Ник издал глухой рык, вцепившись пальцами в ее бедра. Он чувствовал, как ее движения становятся более уверенными и ритмичными. Его тело горело, кровь кипела. Он хотел большего, хотел отдаться этому безумию полностью.
Лизи ускорила темп, чувствуя, как грань между удовольствием и болью стирается. Каждый толчок отдавался волной наслаждения, пронизывая все тело. Она запрокинула голову назад, закрыв глаза, и отдалась во власть чувств.
— Тише детка, — парень со стоном посмеялся ей в шею обхватывая бедра в попытке затормозить. – Я хочу быть нежным.
— Нет, — прошептала Лизи насаживаясь на член практически не вставая.
А после набирая темп уже двигалась быстро, резко, будто пытаясь выбить все мысли и воспоминания. Николас вдохнул сквозь зубы, когда понял, что почти на грани, перевернул Элизабет, укладывая на живот и резко вошел.
Он брал ее грубо, хватая светлые пряди и натягивая до хруста у корней волос, сжимал ребра и бедра, оставляя синяки. Входил настолько резко, что еще чуть-чуть и Лизи пробила бы головой спинку дивана.
Но она этого уже не помнила. Нет, здесь и сейчас она была в сознании, получала удовольствие, но словно разделилась. Когда пришла в себя, то уже лежала под одеялом на диване старого «знакомого» наблюдая за его спиной, подсвечиваемой экраном компьютера.
— Воды, — тихо сказала она.
Николас повернулся на кресле и широко улыбнувшись посмотрел на нее. Встал, принес воды и сел на край дивана у ног Элизабет. Сам парень сидел уже в одних трусах и с любопытством разглядывал бывшую возлюбленную жадно пьющую воду.
— Еще одну? – хитро усмехнулся на один бок.
— Да, — не раздумывая ответила Лизи.
Глава 10. Ты. Сделаешь. Все.
Момент и она стоит на коленях обнаженная, держа в руках и обхватывая губами член. Облизывает и принимает его то полностью, то водит языком по головке, от чего блондин, смотрящий на нее сверху вниз в наслаждении, закатывает глаза.
Вспышка, их сидит за небольшим столом с десяток. Элизабет в растянутых штанах и какой-то нелепой футболке с рисунком из старого мультфильма. Незнакомцы весело смеются и раз в какое-то время передают из рук в руки разнос, на котором белыми дорожками выложен порошок. Она не пропустила ни один круг. Она не колебалась.
Мгновение и ее лапает на кухне отвратительный мужик, у которого не хватает на вскидку с пяток зубов. Но Лизи не замечает этого, поддается к нему, прилипая всем телом к незнакомцу, берет его ладонь и просовывает себе между ног. Ник находился рядом и отвел ее в ванну, над которой загнул и взял так, как хотел.
В голове у Ника пульсировала злость. Он чувствовал, как его трясет от ярости и желания обладать Лизи. В ванной комнате, под тусклым светом, он сорвал с нее платье, не заботясь о нежности. Она стонала, извивалась, то ли от страха, то ли от возбуждения. Ник не разбирал. Ему нужно было выплеснуть всю свою ревность, всю накопившуюся страсть.
Его руки грубо сжимали ее бедра, дыхание обжигало шею. Он чувствовал ее отчаянные попытки вырваться, но держал крепко, не позволяя ускользнуть. Каждый толчок был наполнен гневом и отчаянием.
Лизи плакала, но Ник не обращал внимания. Он был ослеплен яростью и желанием. Когда все закончилось, он отпустил ее, и она рухнула на пол, как сломанная кукла.
Элизабет открыла глаза, когда солнце нещадно било прямо в один из них. Во рту словно пустыня, а в голове колокольный звон. Каждое движение и поворот головы отдавались в ней нестерпимой болью, но все же девушка нашла в себе силы сесть и поискать глазами телефон.
Она встала, когда поняла, что гаджета рядом нигде нет и прошла к компьютерному столу. Пупка и паха коснулся холодный пластик спинки кресла: Лизи осмотрела себя. Абсолютно голая, с синяками и ссадинами на худощавом теле, которых она не чувствовала из0за ломоты всех мышц и суставов. Даже больное бедро так сильно не ощущалось.
Телефон почти разрядился, однако стоило Элизабет посмотреть на дату и время, как с губ шепотом сорвалось:
— Твою ж мать…
Прошло три дня с того момента, как девушка перешагнула порог квартиры. Сама не поняла, как провела тут столько времени.
Снова нервно огляделась и ужаснулась: где не валялись бутылки, там были небольшие прозрачные пакетики с белым или голубоватым налетом. Так было почти всегда, стоило Лизи остаться у Ника. Иногда казалось, будто не он промышляет запрещенным, а она.
— Добрый день, детка, — из-за угла вывернул блондин и закинув руку ей на плечо весело усмехнулся. – Выспалась?
Он тоже стоял полностью голый, а потому, прежде чем посмотреть на время Лизи осмотрела его с ног до головы. Затем посмотрела на диван, на котором лежал еще какой-то парень и потом в глаза Нику.
— Мы же не…?
— Нет, — мужские губы растянулись в тихом смешке. – Я бы не стал тебя делить с кем-то. Хотя ты пыталась. Раз пять за эти дни.
Элизабет передёрнула плечами, затем кивнула и уже тогда посмотрела в экран. Восемь пропущенных с клуба Роуза и пятнадцать от Плата.
— Сука… — девушка нервно потерла лоб. – Где мое платье? Мне нужно ехать.
— Не задержишься еще на денек? – Николас погладил ее поясницу тремя пальцами.
— И так задержалась, — Лизи сорвалась с места и начала почти истерически искать свою одежду.
— Ты порвала его позавчера. Забыла?
— Дай что-нибудь одеть, — не просила – требовала.
— В шкафу что-то из твоих старых вещей.
Лизи вихрем подлетела к единственному шкафу, который стоял в небольшом коридоре и спустя несколько минут поисков достала из него свои старые джинсы, майку и худи. Мысленно обрадовалась, что спустя семь лет не то, что не набрала вес, а наоборот еще больше похудела: все вещи ей были в самый раз, а худи даже немного оверсайз.
Подошла к столу, возле которого все еще стоял Ник и забрав ключи от машины, телефон и оранжевый пузырек, чмокнула мужчину и выбежала на улицу.