«Сейчас я обязан ее одолеть и доказать, что достоин!» — твёрдо решил для себя парень и бросился вперед.
В это время, склонив голову набок, Лана разглядывала сотника и окружающих его людей. Один вид друга в белой рубашке на голое тело обжёг огнём страсти. Он был прекрасен, прищурив зелёные глаза и готовясь к бою, со своей идеальной статью и широкими плечами он был подобен воплощению Воина. И тут внезапно девушка поняла, что победа в предстоящем бою для неё не является важной. Нет, она будет к ней стремиться, не давая противнику никакой пощады. Но сам процесс поединка её волновал и захватывал куда больше.
Времени обдумать эту мысль не было. Бородач скомандовал начало боя, и Айр взорвался серией атак, его пылающий розово-алым клинок помчался к шее девушки, даже не пытаясь блокировать его, та поднырнула под атаку, но Айр мгновенно изменил направление меча и ударил крест-накрест. Лана отпрянула, щурясь, как дикая кошка. Ей была знакома эта серия, она чувствовала, что сейчас он сделает ложный высокий замах, но сам ударит колющим, а потом в его стойке возникнет брешь для контратаки.
Последующий колющий удар она отвела коротким, экономным взмахом меча и уже собиралась контратаковать, но какое-то незнакомое чувство заставило ее не делать этого, вместо чего она отпрыгнула, разрывая дистанцию. На мгновение губы Айра разочарованно сжались в нитку. Он много раз прокручивал в голове начало поединка и собирался удивить старую подругу внезапным ударом кулака, усиленным аурой, с последующим хитрым ударом в бедро.
Лана сейчас чувствовала себя как в танце. Лица толпящихся зевак, гул голосов, стегающий по камням тренировочного плаца ветер — всё становилось неважным. Осталось лишь ощущение меча в руках, противник напротив и его клинок. Душа таяла от аметистового наслаждения. Сощурившись от удовольствия боя, она отдалась ему, давая своему телу почувствовать ритм и дух соперника. Сотник уже достиг первого пробуждения и пылал, Айр не собирался щадить её, отдавая всего себя достижению своей цели. Это, почти интимное чувство, объединяло их обоих. Страсть и гордость были готовы устроить пожар.
Прыгнув вперёд, Лана внезапно пригнулась и, вытянувшись вперёд, попыталась достать Айра колющим ударом в пах, тот отбил её удар широким замахом и рубанул сверху вниз в ответ, но она ушла пируэтом влево. Сребровласка прекрасно чувствовала темп и дистанцию боя, Айр силён, зверски силён и вынослив. Она быстрее, но на длинной дистанции рано или поздно он её поймает. Плюс аура, благодаря которой он может ускорять удары и отклонять их. Её собственных, небольших запасов Воли хватит на три, может быть, четыре усиленных удара, а Айр способен так сражаться часами.
Мир как будто замедляется. Она видит блеск его глаз, небольшое изменение губ и, повинуясь импульсу, выходя из пируэта, пригибается ещё ниже. Над головой проносится клинок, прошлый удар был ловушкой. Лана бросается вперёд, сближаясь с парнем на расстояние вытянутой руки, и резко распрямляется с рубящим ударом в живот, но Айр блокирует его свободной рукой со вспышкой розовой ауры.
Лана хищно ухмыляется: он слишком привык пользоваться щитом и подставился, сейчас его аура ослабла. Девушка быстро бьёт его свободным кулаком в бок, но удар отражается о нерушимую стену его Воли. Не понимая, когда он успел её создать, девушка пытается отпрыгнуть, но на неё сверху уже надвигается меч. Она прыгает назад, но в последний момент выпад гиганта ускоряется, единственное, что остается Лане, — это принять его на жёсткий вертикальный блок. За мгновение до его удара она понимает, что Айр просто проломит её меч и, вероятно, сломает ей руки. Она бросает свою Волю в этот блок, а затем с громким хлопком его чудовищный удар откидывает её на несколько метров, лишь чудом позволяя остаться на ногах.
Руки болят, последний удар отсушил их, Лана шипит, как рассерженная кошка, и бросается вперёд, в последний момент делает боковое сальто, избегая колющего удара, а чтобы уйти от последующего горизонтального в районе плеч, припадает к земле. Окружающий мир полностью исчезает, а её сознание окончательно гаснет в эйфории схватки, даже инстинкты уже не поспевают за телом.
Без щита и тяжёлых доспехов Айр оказался быстр, чудовищно быстр при такой прочной защите Воли и столь же безумной силе. Но её тело само, казалось, считывает малейшие сигналы от его взгляда, мимики и движений тугих канатов мышц, скрытых под прилипшей от пота к телу рубахой. А кроме того, ей чудится, что она разделяет с рыцарем те же эмоции. Они все кристально чисты и направлены на победу. Все, кроме одной, за желанием победить он чувствует желание обладать и защищать.
Лана распрямляется с вертикальным рубящим выпадом в район живота, сотник наотмашь отбивает его ударом перчатки и следом колет, целясь ей в шею. Она чувствует мощь приближающейся атаки, как и то, что не сможет ее заблокировать. Изгибаясь всем телом, сребровласка исхитряется уйти от атаки, но, потеряв равновесие, уже не успевает уклониться от последующего удара кулаком в живот. Последние остатки Воли уходят на то, чтобы погасить этот удар и остаться на ногах.
Её опять относит розовой вспышкой на пару метров. Они оба тяжело дышат. Медведь и рысь, сошедшиеся в схватке, и участь рыси предрешена. Айр чувствует, как гаснут последние остатки её Воли, в то время как он устал только физически. Лана же задерживает на мгновение дыхание, её зрачки расширяются, она слышит неземной ритм, бьющийся из глубин её естества. Победа или поражение уже сейчас совершенно для неё не важны. Она просто хочет сделать для него ВСЁ, как он это делает для неё.
И её разум погружается ещё глубже, мир теряет краски, запахи, звуки. Всё лишнее исчезает и перестаёт отвлекать внимание. Она видит лишь его. Каждый его вдох, движение мышц, малейшее изменение мимики. Непрекращающийся поток наслаждения мягко обволакивает её тело, и приближающийся следующий рубящий удар она предсказывает ещё за мгновение до начала, встречая лёгким, практически нежным блоком, переводя кинетическую силу через напряжённые мышцы плеча, груди и бедра прямо в землю. Клинок рыцаря проваливается вправо, и она рубит в ответ, Айр пытается прикрыться рукой, но не успевает.
Аура сотника вспыхивает сотнями пылающих бликов, она её пробила, но чтобы восстановиться, Айру нужен всего один вдох. И они бьют одновременно, он рубящим снизу вверх в живот, она колющим выпадом в сердце. Оба удара были бы смертельны, если бы были нанесены настоящим клинком. Истовое удовольствие достигает своего апогея и наполняет ее фиолетовый взмах силой первозданной страсти.
Айр успевает укрепить ауру, и его отбрасывает от полученного выпада, разбивая алый как закат ореол, окружающий тело, на тысячи затухающих искр. Несмотря ни на что, Лана его все-таки достала, рубашка начинает быстро пропитываться кровью из неглубокого рассечения прямо напротив сердца.
Собственный мощный удар рыцаря, едва ощутимо замедлившись в последнюю долю секунды, сбивает девушку с ног, проносит по земле и заставляет упасть на колени. Желудок сводит от боли, утренняя пища и желчь поднимаются к горлу, но, крепко сжимая зубы, Лана пытается перетерпеть. Она не хочет выглядеть жалко в его глазах. Плевать на всех, но в его глазах она не будет жалкой никогда. Эта мысль пронзает сердце болью. «Почему, почему именно только он? Что со мной не так и почему я так счастлива?»
Выпрямившись во весь рост, сотник разжимает длань с тренировочным клинком. Его лицо безразлично, но грудь заледенела внутри. Он не достиг поставленной цели лишь потому, что в последнее мгновение устрашился того, что может её убить, а это бы лишило смысла не только победу, но и половину его собственной жизни. От Айра бы остался лишь мстящий голубокровной знати повстанец — «Чёрный Молотильщик».