Лана разумеется не обратила на его намек никакого внимания, странным образом от Гофарда она не ощулала угрозы, он не излучал страх или похоть, только сдержанный, холодный интерес. Так что девушка взяла сосуд обеими руками и, немного подув, отхлебнула. Отвар оказался вязким на вкус и горчил.
— Если вы так цените жизнь, то тогда зачем согласились приехать в этот форт? Не самое разумное решение.
— Я действительно ценю жизнь и то, что она даёт. Но ещё больше я ценю власть. Я не хочу прожить всю жизнь правителем в глухомани, потихоньку дербаня земли соседей или подкладывая под них своих дочерей. Но чтобы из барона стать графом, есть только два пути, — Гофард отпил из своей кружки, все его движения буквально лучились аристократизмом.
На то, как Лана, сжавшись, сидела в кресле и держала посуду в руках, он глянул с толикой презрения. Видя это, она фыркнула и приняла подходящую позу: три года в столице давали о себе знать, к тому же большую часть этого времени она как раз разглядывала различных высокородных дам. Смотревший на неё черноволосый парень скупо усмехнулся каким-то своим мыслям и продолжил:
— Либо интриги, подкупы и шантаж — но по ряду причин я считаю это неправильным, во-первых, и… эстетически непривлекательным, во-вторых. Либо военная карьера. Но, как бы блестяще я ни закончил академию, без практического опыта мои теоретические знания ничего не стоят. Леди Лотаринг, мне нужны достижения. Военные трофеи, которые я, как древние генералы прошлого принесу и брошу к ногам Её Величества, заставив обратить свой взор на себя! Так же как это сделал ваш супруг три года назад. Я был там, во время церемонии его награждения. Он бездарно упустил открывшийся шанс, но я этой ошибки не допущу… — под конец речи в словах барона слышались столь редкие для него, но по-настоящему горячие эмоции.
— Вот уж подумать не могла что вы завидуете Айру, — Лана сдержанно усмехнулась, а распалившийся барон, увидя её улыбку, сбился и, отвернувшись в сторону, сделал ещё пару глотков отвара. Напившись, немного смущённый собственной вспышкой эмоций, барон произнес:
— Смеётесь? Вот и в академии наследники герцогов и графов хохотали. В тот момент я узрел новый путь к будущему которого желаю и с тех пор следую по нему. Возможно меня можно упрекнуть в отсутствии оригинальности, но у мужчины должна быть цель и мечта.
— Ничуть, Гофард. Я смеялась не над вами. Скорее, я приятно удивлена тем, насколько вы отличаетесь от… — произнесла Лана, немного сбившись в конце, вспомнив что говорит с сыном человека которого безжалостно убила.
— Моего отца? Вы его знали? — с поистине вселенским безразличием задал вопрос черноволосый барон, на что Лана отрицательно покачала головой, самая чувствуя насколько это выглядит жалко и ненатурально. Из нее была очень плохая лгунья и девушка всегда это знала.
Похотливый старикашка поплатился жизнь за то что заглядывался на ее сестру… А кроме того, Гофард Старший выяснил, что настоящая Сэра умерла и мог поставить под угрозу ее будущее. Сердце опять защемило от ощущения утраты, и паническая мысль обожгла сознание: «А что, если Айр умрёт, или того хуже, сейчас умирает, и его терзают Свежеватели?»
Лана вскинула голову и торопливо встала, проигнорировав какой-то заданный вопрос барона. На негнущихся ногах, повинуясь порыву, она подошла к северному окну и, распахнув его, вгляделась в мрачную пустошь, над которой уже опустилась ночная тьма. Порыв ветра растрепал её волосы, она сама не понимала, что надеется увидеть. Гофард осторожно взял её за предплечье и отвёл от окна, возвращая в чувства. В его холодных жёлтых глазах читалось любопытство вместе с толикой сопереживания.
— Я запрещаю вам прыгать из окна моего кабинета. Это может положить тень на мою репутацию, — с ноткой беспокойства произнёс барон.
— Я и не собиралась. Я ведь не сумасшедшая.
— Никогда не знаешь, чего ожидать от женщин. Поэтому я предпочитаю держаться от них подальше. Вы давно уже вместе с вашим будущим супругом?
— Вместе… Я знаю его больше трёх лет. Но то, что я его люблю, поняла только сегодня. Прошу простить меня, барон, я хочу побыть одна. Если что-то станет известно, сообщите мне, пожалуйста, в первую очередь, —- произнесла Лана и покинула покои под молчаливым взглядом жёлтых глаз.
Барон презирал мужчин, разбрасывающихся будущим, деньгами и своей судьбой ради женщин. Он всегда считал их жалкими тупицами, не способными контролировать свои животные порывы, ставя их превыше логики и рассудка. Но эта женщина… Благодаря ей он получил баронство в наследство несколько раньше чем планировал, рисковать и тратиться на наемного убийцу тоже ему не пришлось. Так что он чувствовал по отношению к серебрянной деве сдерженную благодарность.
Покачав головой, барон Гофард оставил в своём дневнике отметку о Лане Лотаринг и отправился на кровать. Как и все представители знати, он был высокого мнения о себе и был уверен что в сребровласке нет ничего для него непонятного. Она была искренней, предсказуемой и доверчивой. И если он станет ей другом, то получит не только верного и надежного союзника - сразу двух. Потому что как завладеть лояльностью Айра Лотаринга, Лифект понятия не имел. Сотник был крайне подозрителен и не спешил сближаться с аристократами, справедливо подозревая что они видят в нем либо пыль под ногами, либо же инструмент достижениях своих целей. Но в этой броне была брешь. Искреняя любовь к женщине. Позволив себе мимолетную улыбку, барон погрузился в сон.
Глава 19. Айр Лотаринг
Глава 19. Айр Лотаринг
Задница под седлом уже отваливалась, они скакали по старому, высохшему руслу реки, держась подальше от чащи и тракта, где рыскали свежеватели. На предстоящую операцию барон Гофард выделил Айру запрошенные два десятка человек, не задавая лишних вопросов, едва услышав, что дело срочное. Чем несказанно удивил Лотаринга, убеждённого, что бойцов придётся из него буквально клещами рвать. Хуже всего приходилось паре разведчиков, что лишь утром вернулись назад в цитадель и сразу же были вынуждены отправиться с ним на задание.
Это были мрачные, сурового вида мужчины, покрытые шрамами, грязью и парой щепоток отчётливой безнадёги. Соль и Зыка являлись бывшими “вольными охотниками” из банды Малыша, что осели на баронском довольствии три года назад. Так что они не хуже сотника понимали, в какой петле оказались и каковы ставки. Им Айр доверял в полной мере, и поутру, получив донесения, не дожидаясь, когда Лана проснётся, отправился к Гофарду. Подругу на это задание Лотаринг всё равно брать не собирался. Дело было не в недоверии, разумеется. Просто противник очень уж был для неё неудобный и раньше, а сейчас, с неконтролируемыми эмоциями, он для неё мог и вовсе стать смертельным.
Ещё в часе пути от крепости их догнала парочка магических птиц, почти прозрачных, сотканных из эфемерной грёзы. Они обычно держались высоко над головой, кружа в небе, и спускались лишь для того, чтобы голосом старого книжника предупредить о приближающихся патрулях. Такой подмоги Айр тоже не ожидал и уже был склонен пересмотреть свою оценку компетенции чернявого, которого он поначалу оценил крайне низко. Благодаря помощи с воздуха им удалось избежать обнаружения, проделав большую часть пути до цели.
Ведущие отряд разведчики заранее обозначали место для того, чтобы устроить привал. Там, где старое русло разветвлялось, несколько его бывших притоков впадали в Ларийское море. Берега здесь были скалистые и очень крутые, далёкие волны размеренно разбивались о камни в метрах тридцати под ногами. Всадникам пришлось спешиться и вереницей, осторожно вести своих скакунов за собой по длинной и узкой тропе между скалами. Эту дорогу обнаружили контрабандисты ещё век назад, до того как Лангард вымер, а потом ещё долгие годы использовали для того, чтобы спускаться к штормовому северному морю и на утлых лодочках переправлять дары Чащи к вставшим на якорь подальше от опасного берега ларийским судам.