Выбравшись из-за стола, Сая послала Косому улыбку и направилась к выходу. Мрачный Сантар двинулся за ней. Безухий серой тенью шел за ними следом.
«Надо как-то разузнать, с кем она приехала», – обеспокоенно думал Сантар. Если с тем магом, которого видели смотровые Косого, дело плохо. Прежде всего нужно разобраться с Безухим…
Сантар слишком поздно заметил движение. Это был мужчина с багровым шрамом на щеке, от которого его лицо навсегда приобрело злое выражение; когда Сая шла мимо, он неожиданно вскочил на ноги и сорвал с ее головы платок, явив всем белые волосы.
- А ты говорил, не она! – заорал он соседу, а затем обвел взглядом всю таверну. – Я видел ее в форте Эврос… Это же Сайарадил Вэй!
Глава 23
Таверну наполнило шуршание: сидевшие за столами поворачивались на прозвучавшее имя. Сайарадил чувствовала на себе десятки взглядов, острых, как имперская сталь. Рассыпавшиеся по плечам волосы щекотали шею; ужасно хотелось натянуть на голову капюшон. Шуршание вокруг нарастало – заскрежетали отодвигаемые стулья, заскрипели половицы. Локоть сжали аккуратные пальцы – Сантар потянул ее к себе, но Сая не послушалась, оставшись стоять на месте. Ее обличитель продолжал говорить что-то, дыша перегаром. Девушка покосилась на него краем глаза. Беглый легионер? Конечно, вон из-под плаща стыдливо торчит ворот рубахи с нашивкой центурии…
- Вот так удача, – раздался позади сиплый голос главаря.
Сайарадил обернулась. Косой привстал, подавшись вперед и упираясь кулаками в столешницу. На его лице читался восторг.
- Говорил же, занятная ты, – хохотнул он. – Только, получается, не девка, а госпожа… Ну а ты, – добавил главарь, переводя взор на Сантара, – хотел обмануть старину Косого? Партнеры так не поступают.
- Я тебя ни в чем не обманул, – пожал плечами Сантар.
Косой медленно перевел глаза с него на Саю и обратно.
- И ведь не врешь, – протянул он. – Занятная, должно быть, история… Охотно послушал бы, как выкормыш изгоев свел знакомство с магичкой благородных кровей. Вот только, боюсь, ребятам будет неинтересно, – обвел он взглядом таверну, задержавшись на двух головорезах в углу. – Видишь ли, девица, мы тут не жалуем ни Первохрам, ни Сенат – а ты, выходит, и то, и другое разом.
Мирт и Тенегро под взглядом главаря отложили в сторону жаркое и замерли, ожидая приказ. Сантар откинул полу плаща, обнажая ножны.
- Брось, парень, – жалостливо поморщился Косой. – Я наслышан о тебе, но нас здесь… человек пятьдесят, – пробежался он глазами по рядам лавок. – Многие из моих умельцев машут мечом не хуже тебя, а некоторые – и получше. Так что убери-ка руку с рукояти! И кинжал за поясом не трогай, не зли ребят…
- У меня нож есть… Не подскажете, что с ним делать? – язвительно спросила Сая.
Должно быть, ее глаза вспыхнули синевой, потому как сидевшие поблизости побледнели и попытались отодвинуться подальше. На лице Косого страх боролся с жадностью, и последняя побеждала. Сая поняла, что этого человека стоит бояться…
Внезапно лоб покрыла испарина, и от ощущения опасности перехватило дыхание. Воздух вокруг накалился, словно напитавшись чьей-то энергией. Сайарадил успела лишь выдохнуть:
- Ложитесь! – как вдруг таверну накрыла темнота.
Таверну озарила вспышка. Удар был такой силы, что тех, кто стоял ближе всего к выходу, сорвало с места; остальные тоже не устояли на ногах. Камин потух; погасли лампы, висевшие вдоль стен. Воцарившуюся темень наполнили стоны и ругань, заглушившие скрип входной двери. Потянуло сквозняком. Темноту разогнала еще одна вспышка – слабенькая, но по таверне все равно прокатился всхлип ужаса. Напрасно – вспышка лишь зажгла несколько светильников, но видимость от этого лучше не стала. В воздухе стояла плотная завеса пыли, взметнувшаяся от ударной волны.
Все произошло так быстро, что Сая успела лишь выставить руки вперед. Она слышала всхлипы в темноте по сторонам, но сама не ощутила удара – только мелкие брызги, упавшие на лицо. Краешками пальцев девушка почувствовала воду. Пыль стала оседать, и Сая увидела вокруг себя тонкий водный кокон. Стихия подрагивала и сыпалась ледяной крошкой; она была зла. Что-то мокрое щекотнуло ухо; Сайарадил успела заметить лишь шевеление слева – и водный кокон спал, тонкой лужей разлившись по полу.